Граффити

Аннотация

Полифония. Шесть голосов, которые звучат одновременно, и каждый — самостоятельный, ни один не подстраивается под другой. Не хор, не аккомпанемент, а именно фуги: один голос начинает, другой подхватывает, третий идёт в противодвижении, и все вместе они образуют не мелодию, а пространство.
Алиса

ИЗМЕНИЛАСЬ

Изменилась Европа, изменилась и Азия,
изменилась вся человеческая жизнь.
Куда только народы теперь не лазают,
куда только не запускают свою досужую мысль!
Даже земноводным стало некуда деться:
без них идёт передел болот.
Накопилось много огня и всякого перца
на всех параллелях, у всех широт.
Есть теперь миру на всё насмотреться —
промеж истин
и вечных красот.

ОДНОЙ УЧИТЕЛЬНИЦЕ

Альтернативой моей жизни, возможно,
уже стала какая-то другая жизнь.
Об этом знают, наверно, земные слизни,
а может быть, и сама поднебесная высь.
Но со мной уже ничего не сделать.
Я уже есть. Я успел родиться.
В моём теле вместо камеры простейших
уже бьётся настоящее человеческое сердце.
Есть и душа, которая рвётся ввысь
Если не веришь, приходи.
Я готов перед тобой раздеться
и показать тебе, что я
за жизнь.

ПЕР ГЮНТ

Причуды одиночества всё те же.
То целый день лежу в кровати,
то в город выйду, да пойти куда — не знаю.
Но жизнь и в захолустье иной раз
меня обрадовать решится.
На днях приятель появился чудный:
глаза чернее угля. Куда как интересно с ним!
Придёт, стукнет дверью, скажет слово и молчит.
Да так и просидит весь день в обиде на кого-то.
А то развеселится и зовёт играть
в такие игры, то не приведи Господь!
Мне говорят, что это мой ребёнок.
Да я не верю. Какие
дети!

Е. П.

О храмовом образе Божьего Волка
я впервые узнал ещё в детстве
из рассказов Ивана Бунина.
Он упоминает икону его имени.
И я с тобой совсем не шутил, когда написал на книге:
«Елене Прекрасной от Божьего Волка».
Поэт, по моему убеждению, и есть здесь Божий Волк —
начало, объединяющее два эти мира.
Господи, как же я был горд тогда,
что смог объединить два эти образа вместе!
И как ты была этим напугана.

МАТЕРИ

Ещё одна печать открылась.
Гробы из Боснии вывозят сербы.
Землетрясения, борьба за власть.
Родной страны кровавое лицо.
Одно к другому приподнялось,
точно всюду поселились мыши. И
раздирает изнутри, и саднит.
Гниёт и саднит мировое тело.
И хорошо, что ты уже не здесь,
моя старушка.

ТЕПЕРЬ

Теперь мои строчки стали
длинней, чем страницы бумаги.
Ну и пусть: я устрою себе из них самострел,
чтобы сразу из греков выйти в бродяги,
за неимением промежуточных тел.
Раньше каждый стишок сочинял десять минут, не больше.
Теперь сутками топлю сало собственных песен
и тут же устраиваю им самосуд.
Так что… Что если… Заходи…
Я всегда одет и всегда обут.

1999 г., Вологда