Ровестникам - детям войны проклятой

Июнь. А мне уже три года,
Я горд безмерно за отца,
Отдавшего свой долг народу
Под градом пуль в финских лесах.

Слух по селу пронесся страшный:
- Война, к нам лезет немчура,
Сбежались все соседи наши,
Наполнив криком день с утра.

Сплошной кошмар, не залечили
Кровящих ран финской беды
И снова, напрягая силы,
Звала отцов тропа войны.

Опять забота военкомам-
Пересчитать, не потерять,
Чтоб не засиживались дома,
А шли Отчизну защищать.

И шли отцы, а мамы наши,
Прощаясь, плакали навзрыд,
Простился снова я с папашей,
Знал, что он немца победит.

И вмиг село осиротело,
Тоской наполнились дворы,
Лишь репродуктор ошалело
Вещал нам сводки из войны.

Неутешительные сводки,
Вместо того чтоб побеждать,
Мы «как по-писанному», четко,
Фронтами стали отступать.

Чудес, известно не бывает,
Страх одолел бойцов страны,
Как результат, что расстреляли,
Часть командиров до войны.

А те, что уцелели чудом,
Что Троцкому не поклялись,
От западной границы с Буга
Вглубь СССРа подались.

Прошли через деревню наши
И закрепились за Донцом
Мечтал я встретился с папашей-
Не смог он заглянуть в наш дом.

А некоторые заходили,
И оставались невзначай,
Потом их фрицы половили-
Был дезертир, стал полицай.

Год целый наши простояли
На левом берегу Донца,
Пока позиции не сдали,
И Сталинград позвал отца.

А я в разрушенных Маяках,
Среди солдат немецких жил,
Вся жизнь покрылась жутким мраком,
Фриц местных очень не любил.

По погребам ютились люди
Спасаясь из последних сил,
Рев самолетов, гром орудий,
Им счастья в жизни не сулил.

Все о другом мечтали счастье,
Печалились за Сталинград,
Не верили немецкой власти,
Что наших скоро победят.

К нам с Волги вновь вернулись фрицы,
Свершив вояж под Сталинград,
Не вышло своего добиться,
Спасению был каждый рад.

«Гитлер капут», твердили скопом,
«Гитлер капут, Гитлер капут»
Для многих горьким стал уроком
Спесь укротивший им маршрут.

Все ждали, что вернутся наши,
А вместе с ними мой папаша,
Но фриц велел нам собираться
И в путь – дорогу отправляться.

Нас погрузили на машины,
А как же матери без сына,
На Запад повезли, в Германию,
Христопродавцы на заклание.

Но по пути осечка вышла,
Господь прислал нам помощь свыше,
Колонну Илы расстреляли,
А мы под ту пальбу сбежали.

А в марте, как того хотели,
В Маяки наши подоспели,
Не надолго – на две недели,
Бог видел, как там все радели!

Домой вернулись, а там немцы
И некуда нам с мамой деться,
Решили от расправы скрыться-
В Славянске тихо притаиться.

Так и сидели, словно мыши.
Тише травы и воды ниже,
Пока нас не освободили
И в будущее путь открыли.

Нам повезло, мы уцелели,
Душой к работе прикипели,
И я, мальчишка пятилетний,
За многое вдруг стал в ответе.

Я ощутил, что стал я взрослым
По опыту, а не по росту,
При младшем брате годовалом
Стал воспитателем бывалым.

И понеслася жизнь, как поезд,
Славянцам кланяюсь я в пояс,
Что научили практицизму,
Как выживать нам в трудной жизни.

Отец тогда к нам не явился
Под Курском с немчурой сразился,
А дальше в Польше с Рокоссовским
Угомонял режим бесовский.

Прислал письмо военкомату
О помощи семье солдата
И с мамой мы тогда зажили
Как комнатенку получили.

Избавившись от немца клятого,
На рынке стал я подрабатывать,
И зажилось, совсем не плохо,
Я мог купить пирог с горохом.

Война катком по головам дончан
С немыслимым усердьем прокатилась,
Законом стал восстановленья план-
Возможность к исцелению открылась.

Донбасс не гнал бездумно порожняк,
Он стал великой всесоюзной стройкой
И радуясь успехам на фронтах
Он свою участь исполнял достойно.

А мы росли в заботах и трудах,
Во многом проявляя тороватость,
Моих ровесников, детей войны проклятой,
Нес паровоз вперед на все парах.

30.01.2016 г.