письмо двадцать пятое

я смотрю, заворожённая, на твои руки,
так четко вколачивающие ритмы и фразы,
и каждый удар отзывается в голове.
все пульсирует, сеет неровные стуки,
разум стонет: избавься от едкой заразы,
поставь точку на
чертовой
этой
главе.

у нас будто немая битва.
рвутся белые флаги,
и оба мы рады стрельбе.
пускай же нам станет подмогой чужая молитва,
пускай же нам хватит сил и отваги
забыть, что «нет ничего страшного во мне и в тебе».

надеюсь, мы оба справимся в этой холодной схватке
и выдержим бойню колкими, резкими взглядами.
я совсем не страдаю в нехватке
нас или тебя.
бросаюсь снарядами,
не вспоминая, как пальцы едва касались («замёрзшие, но любя»).

но я точно знаю, что время мудроверноправильно распорядится,
оставит нам перемирие
или холодную «ничью».
дорогой, надеюсь, тебе преспокойно спится,
не тревожит тоски изобилие.
ну а я эти войны, клянусь, закурю и запью.