человек завтрашнего плача в. набоков

наверное, уже многие в курсе, что вчера было опубликовано стихотворение набокова (https://knife.media/nabokovs-superman-poem/), отправленное им в new yorker в 1942 году. тогда редактор посчитал, что произведение не поймут, и указал на проблемы в середине текста (кажется, мне удалось их отразить). перевод с комментариями обещают только к лету, поэтому ловите мой - скороспелый:

Человек завтрашнего плача (1942)

Носить очки я должен – а без них,
раздев ее супер-глазами, в миг
увижу печени и легких дрожь
среди костей, как склизких рыбьих рож
агонию. О, горе мне, изгой,
болтаюсь я (как в «Лире» тезка мой),
и до чулок дойду – уже плевать
на славный торс мой, и на бедер стать,
на синий локон, спавший мне на лоб,
на челюсть; и мне важно только, чтоб
вы знали, моя слабость … не разлом,
между Реальностью и Вымыслом,
места такие упразднивший мне,
как Берхтесгаден*, скажем; даже не
тот факт, что прогорел я; мой упрек –
вам, боль, несправедливость и злой рок.

Я юн и полон живительных сил.
И кто из нас кого-то не любил?
Но я бой сердца обязан унять:
жениться – это значит потерять
в земле, разверзшейся в ночи ночей,
невесту, пальмы и свет фонарей,
большой отель и тот, поменьше, с ним,
ну и армейских где-то шесть машин.

Но ежели в любви мы сможем жить,
кого тогда должна она родить?
Гигантский пупс, сбивая с ног врачей,
пойдет у ваших ползать у дверей?
В два года он сквозь пол под досок треск
провалится и скатится в подъезд;
нырнет в четыре он в колодец; в пять
научится в духовке выживать;
играя в поезд, в восемь пустит под
откос состав с углем; а через год
врагов моих уже освободит,
а там, глядишь, и папу победит.

Поэтому, не важно, как и где
летаю я, в трико или в плаще,
я не боюсь воришек и убийц –
широкоплечий Кент достанет из
помойки брюки клерка и пальто
и сложит Суперменово трико;
и если мы пойдем в Центральный Парк,
она вздохнет над статуей: «О, Кларк …
Как он хорош!?!», а я лишь прячу взгляд:
хотел бы я быть из простых ребят.

*город, где располагась дача гитлера