Мне святая досталась мать

Мне святая досталась мать.
Что тут, собственно, понимать?
Разве можно её ругать?
Разве кто-нибудь виноват,
тыча пальчиком наугад
в список синенький, сам не рад,
кто, конкретно, скажи, ответь?
Постараюсь не зареветь.
Была матерью для солдат,
пусть солдаты меня простят.
А порою была сестрёнкой,
рыжей птахой, ещё иконкой
сохранившейся на груди:
- Умираю, не уходи…
Только в жизни послевоенной
появилась другая тема,
ведь ребёнок вам не солдатик.
Помню стопки её тетрадок
ученических для проверки
комсомольцев и пионерок.
Муж ушёл... У меня бронхит.
Детской комнаты странный вид,
угловатой, продолговатой.
Нам хватало её зарплаты.
Только мне неуютно. Страшно.
Сиротливо. Я дочь, Наташа.
С мутной карточки смотрят глазки:
я вцепилась в свои салазки,
дожидаясь весёлой сказки
про зверушек и Бармалея,
заберите меня скорее…
Я всё детство своё болею.
Не заменят лекарства ласки,
всюду книжки или раскраски,.
Тяжело быть совсем ничьею.
Вспоминаю. Реву. Старею.