Должок

Жил не тужил, спокойно погружался
В пучину суетных страстишек и страстищ,
И в ус не дул и даже не пытался
Вкусить каких-то там еще духовных пищ.

И полагал, что человек – хозяин!
Силён, умён, необычайно крут,
Мир на ладони, нет великих тайн,
И реки вспять спокойно потекут.

Ни грамма лирики, волнений ни на йоту,
Научный червь и конченый сухарь,
Не различал ни запахи, ни ноты,
Хоть в галстуке, но хуже, чем дикарь.

Жевал харчи, копил себе валюту,
Во всех вопросах только сам с усам,
Но вдруг прозрел и в тяжкую минуту,
Я возопил с молитвой к Небесам.

Напасти отступили, вроде сами,
Жизнь вновь пошла по белой полосе,
И рисовалась жизнь в мажорной гамме,
Фортуна – вот она, во всей своей красе.

Но праздник жизни был не очень долог,
Вдруг, среди сна пробил меня озноб.
И в кожу впились тысячи иголок,
И слово «долг» стучало прямо в лоб.

Я чуть не утонул в адреналине,
Как по команде, прекратилась мысль,
И по хребту волною кундалини,
И я взлетел со светом вместе ввысь.

Я был энергией пьянящей и могучей.
(Тут лучший секс и рядом не стоял).
И спину выгнуло, как будто от падучей,
Свет изнутри меня переполнял.

И бог ли, ангел ли возник перед очами,
На всю вселенную махали два крыла,
Меня прожгло горячими лучами,
И прямо в сердце острая стрела.

«Ты жил, голубчик, для себя так долго,
Хоть полон был намерений благих,
Трусливо прятался от исполненья долга,
В лепёшку не расшибся для других.

Когда проснёшься, сразу взвалишь ношу,
И с посохом по лезвию ножа,
Ты будешь светом, но не будь святошей,
Так Мне служи, как будто не служа».

И мне пришлось за миг преобразиться,
Волшебно действует лучей Его ожёг,
С Ним не поспоришь (я же не тупица).
Пошел служить и отдавать должок.

Служил, взывал - Дай силы Авва Отче!
И Он давал, коснувшись ветерком.
И понимал я всё ясней и чётче,
Что был и буду вечным должником.