Доброта, она не имеет наций

Лязг, лязг, дрязг, дрязг...
Убегает от войны теплушка.
А война за ней голодом детей, горем матерей
По бескрайней снежности стремится.

Женщины сидят, выстроившись в ряд,
Деток прижимая, слез не прячут.
Холод, голод, жизнь, жизнь велит... держись...
Сохрани потомство Родине любимой.

И они сидят, думы их теснят,
Казахстан прошли, теплее стало.
Остановка вот, был бы кипяток, 
Котелки наполнив, залезали.

А к теплушке тихо женщины пришли,
Были то узбечки городка чужого,
Им они лепешки скромно поднесли,
Сухофруктов горку положив в подолы. 

О, апа, кушай, нон бери,
Русских слов не зная, повторяли
Столько в них добра, а душа чиста,
От своих детишек отрывали.

Вот еще чуть чуть,
Паровоз уйдет,
Что там впереди?
Никто не знает.

И тогда они деточек своих
Тем узбечкам в руки отдавали.
Отрывали плача, знали... те спасут,
Материнской лаской их они согреют.

Горе лишь в глазах, но неведом страх,
Адрес их пытаясь в памяти оставить. 
Было так, тогда, то была война,
Женщины те были, как из стали.