мелкое

ой, да упокой
холодом и протоколом
пугалом из огорода
и уродом с поголовья
пал который вавилон
из палок и навоза
крутят воздух, и палёный
кислород колеса

вечной мельнице заело камень
что не вечер, то не вечер, и даже не четверг
тебе тут делать нечего
есть перечень
мелочей и назначений на ковчег

этот будет амулетом
этот мылом туалетным
этот - бабам воротник
а тебе мир во весь е(б)альник

а на краю стоит угрюмый
человек из кариота
ему они в ковчеге твари
но ему туда закрыт вход
вышел камень с мельницы
и смыло пол планеты на х(у)й
всё постирали, выжали, как бельё
вот и вся мораль!

и с чистыми рубашками записались на парад
мальчики, напавшие на завтра, не позавтракав
все в углах стоят, молчат наказанные мамами
мимо вымершего мира в их глазах

«стоило тебя, что б пулей?
постой в углу подумай!»
миру-мир! прими - умри!
без серпа и молота

ты же умный и умытый
хоть униженный, но живой
а ниже уже жук жужжит
и жалит за своё гнездо
ему не жалко никого
ни своей жизни, ни тебя тем более
а всё ты шёпотом копошишься
ты корм этих насекомых
ты скарабеев сфера, бля

и весь апломб
вылился в облом
хотел глобус нахлобучить
отец по плечу похлопал:
«будешь похлебку?»
«да я эти блюда, по-любому, буду!»
«ешь сыночек.
только не заблюй тут всё, ублюдок!»