Если бы завтрашний день был последним

Я бы велела ребенку собраться.
Он бы растерянно посмотрел на меня, мельком взглянул на балкон и сказал:
— Но уже ночь! Куда мы пойдем по темноте?
— Мы пойдем искать Луну.
— Зачем? — с еще большей растерянностью спросил бы он.
— Ну как зачем? Подойди к балкону. Видишь Луну?
— Нет.
— Ну так надо ее найти.
И мы бы вышли на улицу прохладным майским вечером. Мы бы вдыхали свежий воздух с едва уловимым запахом костра, пока Ярослав не начал бы брюзжать, как маленький старичок. Он всегда так делает, стоит нам чуть задержаться на прогулке. Это началось с нашего совместного отдыха в Туапсе. Ему не было и пяти, но он то и дело заставлял меня поглядывать на карту, чтобы мы ненароком не заблудились по пути к морю. Но его брюзжание вызывало у меня скорее умиление, чем раздражение.
Так и кружили бы по району, позабыв о Луне. Заглянули бы в круглосуточный магазин, накупили бы всякой чепухи вроде чипсов и газировки. Себе взяла бы бутылку хорошего вина и пачку сигарет. Надо же, прошло уже около пяти лет с тех пор, как я бросила курить, но мне до сих пор снится, как я закуриваю сигарету любимой марки и улетаю, будто это моя первая.
А потом мы вернулись бы домой. Ярослава я бы отправила спать, предварительно поцеловав в лоб, а сама бы открыла балконную дверь, уселась на край комнаты, достала вино и хороше-е-енько так затянулась...
Летим. Помнишь, мы называли это вертолетами, будучи подростками? Летим. А когда мама улетела в Италию, а я осталась, потому что боялась спалиться? Летим. Ну, конечно, она знала. Просто ждала, что я сама ей расскажу. Летим. И четыре бессонные ночи, приведшие к галлюцинациям. Летим. Надо будет разбудить Ярослава пораньше. Кажется, ему еще не доводилось встречать рассвет. Летим. Неужели всё так и закончится?
...

А потом мы бы поехали к маме строить вигвам и держаться за руки. Или как там было?


май'26