заткнись

лиходейство лезет бесспорно.
Рефлексия берет верх над суетой суток,
Затуманивает выходом на подиум в наряде из безжалостно закрашенных картин.
Смотрю крохотные эпизоды поступков -
Неиссякаемый источник бескомпромиссных седин.
*
Мёртвая туша кусок за куском расчленяемая мышиной сворой,
Облепленная мушиной стаей, страстно откладывающих личинки во все ещё стройное тело,
Гниёт в красном углу мощами.
*
То, что мертво... требует новых прощаний или прощений..
В святость веря, кипит обидами, тухленький упырёнок..
История - это еще один труп, расчленённый каннибалом без всяческих сожалений,
И этот труп - ребёнок.
*
Крохотный, едва научившийся говорить, и какую-то освоить грамоту,
Бессердечно убитый ныне признанной святой в углу гнилью.
Сказочник обходит диалоговую прямоту,
Стихи - открытки покрываются пылью.
*
Предыстория гибели мощей читается со вздохом и с матом: «ох, ты..!»
Не умерла, не убили, не суицид - сдохла!
**
Обшурши межпереплётье книг.
Любовь - мерзейший реликт.
***
Если люди в глазах психов хуже собак,
То справедливый итог:
Можно радоваться, если вы - щенок.
****
Зрячему-слепцу-жертве гнёта нимба над башкой придурошной не заглянуть в тьму душонок.
Не снять вины и толики.

Не ваш
всепрощающий,
Алкоголик(перечеркнуто)
падонок,
(Иные неразборчивые реплики)