Меж двумя обителями Бога - Церковью и синагогой

В послевоенные годы
я уже ходил в синагогу

читать по отцую кадиш.
                Возвращаясь

домой, я проходил мимо церкви,
испытывая некое стеснение

в груди и тревогу
между этими двумя обителями Бога.
               
Ощущение было такое,
                словно

здесь, в домашне знакомом мире –
            забора, аптеки, рынка -
 
как внутри матрешки,  упрятано
за теми стенами - пространство

огромное, высокое, замкнутое,
с выписанными  хоральными

ликами, с позолотой иконостаса,
                запахом
                ладана,

кадильного дыма, хоругвей...
Церковное меня тогда отпугивало

чрезмерной телесностью:
              куличи были хлебом

и символом  плоти...
                Синагога

была местом более домашним:
cтоило лишь, среди покашливания

и скрипа скамеек, раскрыть книгу с нездешними знаками,
произнося "Да возвысится великое имя Его...", как –

без ритуалов и атрибутов
спирало грудь...

и некое дуновение касалось лба...
Так под водой бывает, когда

ощущаешь последние частицы воздуха
                в своих легких:

суета жизни мгновенно отходит:
можно  плыть, уставать, сомневаться, но всегда помнить:
                все высоты
и пропасти духовного пространства скрыты
                в этой книге.