Шоколадка

    Слегка скрипнув, отворилась дверь, и в комнату вошел вернувшийся с работы отец. Димка и Аленка сидели за столом и, высунув от усердия кончики языков, что-то увлеченно рисовали. Услышав шаги, обернулись и с радостным визгом бросились к отцу. Лукавые лица малышей были перепачканы красками, и Валера, глянув на них, расхохотался:
— Ну, молодцы! Ну, художники! Покажите-ка свои шедевры.
У Димки на листе бумаги разгорался настоящий бой. Тут было все: и танки, и самолеты; с алыми звездами, и раненый командир, и пулеметчик с забинтованной головой, и враги, трусливо удиравшие под напором огня.
— Ну, а у тебя что? — отец склонился над Аленкой, которая гордо улыбаясь и победно косясь на Димку, протягивала свой рисунок.
Выяснив, что смешная, лупоглазая мартышка, вскочившая верхом на козу, не что иное, как Иван-царевич и Серый волк, отец вышел на кухню и поманил девочку пальцем. Через минуту, радостная, она ворвалась в комнату, держа в руке большую шоколадку, на обертке которой красовалась улыбающаяся «Аленка».
«Аленка» — прочитал Димка название шоколадки. — А мне папа что принес?
    — Ничего, — беспечно ответила Аленка. — Папа сказал, что шоколадок «Димка» еще не придумали.
Мальчик, обиженно насупившись, отвернулся к окну, и Аленка, собравшаяся уже было попробовать шоколадку, вспомнила: мама недавно бранила ее за то, что она не поделилась с Димкой большой конфетой, которую ей дал отец. Девочка развернула шоколадку, старательно разделила ее пополам и протянула брату. Но мальчик, отрицательно покачав головой, не взял лакомство.
    Девятилетний, он часто стал задумываться над тем, что папа редко разговаривает с ним, нехотя отвечает на вопросы, не играет в футбол на большой лесной поляне, где стоят самодельные ворота. Ленке вон и шоколадки приносит, и сказки читает...
    Не сложилась у Тани жизнь с первым мужем. Добрый по натуре человек, он оказался беспробудным пьяницей. Не дрался, не оскорблял жену когда, «сообразив» с друзьями где-нибудь в подворотне, еле переступал порог квартиры. Но, в конце концов у нее погасло всякое чувство к этому опустившемуся человеку. Они разошлись, когда Димке было два года. Таня продолжала работать и учиться в техникуме. По выходным гуляла с сыном в лесу, катала на каруселях, водила в цирк. Потом встретился на пути симпатичный инженер - радиотехник. Он долго уговаривал Таню выйти за него замуж, но она не торопилась. Боялась за своего курносого Димку — сможет ли Валера стать ему настоящим отцом? А тот, словно угадав мысли любимой, был с мальчиком ровен, ласков и предупредителен. Он Димке машинки, пистолеты, мячи, заходил вместе с Таней за ним в детский сад. И малыш всей душой потянулся к этому человеку. Домой шел, гордо держа Валеру за руку, старался усесться рядом с ним, вскарабкаться к нему на колени. И наконец Таня решилась...
    Первые годы совместной жизни сложились удачно. Валера оказался хорошим мужем. Потом у них родилась Аленка, крикливая, голубоглазая, как две капли воды похожая на Таню. С рождением дочери, муж взял на себя большую долю забот по дому. Он после работы гулял с Аленкой, стирал пеленки, ходил в магазин. Казалось, в доме все оставалось по-прежнему. Но Таня постепенно стала замечать, что отношение мужа к сыну изменилось. Она не могла не видеть грустные глаза сына — папа снова отказался почитать книжку, поиграть в футбол, просто побеседовать. Таня пыталась поговорить с мужем, но он лишь отшучивался, называя ее мнительной. А она всем сердцем переживала за сына, отдавая ему все свое свободное время. Строила сказочные города из разноцветных кубиков, читала любимые сказки. Но разве всем этим она могла заменить мальчику отца?
    Вот и сегодня, не взяв протянутой Аленкой шоколадки, Димка вышел из комнаты. Удивленная сестренка пошла следом. Из ванной доносился шум воды. Папа мылся под душем. Выйдя из ванны, Валера был удивлен необычной тишиной в квартире. Заглянул в комнату — малышей там не было. Пошел в кухню и замер на пороге. Аленка и Димка сидели на широком подоконнике и смотрели в окно, где по залитому солнцем двору забавный рыжий щенок гонялся за воробьями. В руках малыши держали по большому ломтю черного хлеба, а на столе сиротливо лежала разломанная на две равные части, но так и не надкушенная шоколадка...