Юродские стихи. Сказка на ночь

 
Секция №1

Страшно-страшно, лес горбатый.
Праха запах горьковатый.
Кости дикие повсюду.
Место злу и тёмночуду.

Плачут ветви, слёз не зная.
Мрак от неба и до края.
Редких звёзд и тихих вод,
Где нечистый дух живёт…

Место проклято и мрачно.
Лижет ветер кости смачно.
Волчьим воем вдаль хрипит,
Дребезжит и клокотит…

Волос стынет, сердце сыплет,
Дробью в страхе стук верша.
Месяц выйдет, нож навылет.
Вон из тела в раз душа…

Следы тёмные повсюду.
И глаза я жмурить буду.
Страшно-страшно, как не плакать.
Эх, приспичило ж… покакать…

Ни бумажки, лишь букашки.
Оторву кусок рубашки…
Ладно, пошло как-то это..,
Да побольше надо света.

Тёмен лес… опять я влез
В то вчера, что я здесь сверз…

Страшно-страшно, лес горбатый.
Праха запах горьковатый.
А куда же я иду?!
Не за просто ж здесь в аду!
 
А… Так это, должен я
Победить лесного пня,
Что украл мою невесту,
Взяв в бессрочную аренду.

Только вот куда идти?
Уж двенадцать без пяти…
Хорошо, хоть есть часы,
Да с подсветкой полосы…

Где-то здесь живёт Яга,
Мать Ивана-дурака.
Вырвать может, кажут, бельмы…
Что ж, пошёл искать двор ведьмы…
   
Продолжение след…
 
Секция №2

Комары зудят над ухом.
Зло сшибаю ветки брюхом.
Весь голодный и не спавший.
Зад отклячен мой монарший…

Сор под ноги, прочья нежить.
Норы-морги, дохлый лебедь… 
Уж отчаялся идти
Я по кругу взаперти…   
 
Бац! Избушка! Три окошка.
Под луною тропки стёжка.
Прямо к дверцам. В щели свет…
Заходи, мол…на десерт…

Перекрещены две кости.
Черепами в ямах гости…
Ляльку родишь…Храбр и я…
Слышь?! Не сходишь! За меня!

Нет?! А что так? Тьфу ты, чёрт.
Ладно, сам пойду вперёд…

Секция №3

Тук! Тук! Тук! Здесь есть ли люди?
- Есть! Входи! Лежат на блюде.
Здравствуй, баба! Э… Яга…
Мне б расслабиться слегка.

Долго шёл я…Бог ты мой!
Страшна ж ты, как чёрт кривой.
- Можешь ты не волноваться.
Что тебя сподвигло шляться?

Расскажи… А я решу…
И не больно придушу…

(Ужас ночи)…Нечто снится…
Мне её ноздря…и спица…
Чёрных петель тьмы носок.
Впалой груди страсть-сосок.

Благодарен я за ласку,
Теплоту твою… и сказку.
Очень мило у  тебя…
Уж гуляю я три дня…

Заплутал, стал день как ночь.
          Не смогла б ты мне помочь!
Отыскать мою невесту...
Было б к счастью то и к месту…

- Да смогу…но божья сыть!
Должен ты меня любить…
Этой ночью отработать!
Ну, потом уж можешь топать.

А куда, шепну листом
Под развесистым кустом…

Секция №4
Тьфу ты, ну, ты, что ж то было?
Долго дрожью меня било.
Как тут нервно не сплясать,
Не заесть, не описать…

А кто видел, то молчите,
Никому не говорите.
Знаю, где найду я рок,
Сердцу милый мне цветок.

В рощу чёрную путь в дрожи.
Допишу я  сказку позже.
Лишь оставьте подтвержденье,
Если нужно продолженье…


Продолжение след.

Секция №5


Рецензия на «Юродские стихи. Сказка на ночь» Н. Рукмитд;Дмитрука (без использования специального глоссария)
Текст представляет собой стилизованную «сказку на ночь» с нарочито гротескной подачей: мрачная лесная атмосфера, фольклорные персонажи (Баба;Яга), мотив поиска невесты и элементы абсурда. Композиция выстроена по секциям — это создаёт эффект фрагментарного повествования, похожего на эпизоды или сцены, где действие движется от нарастания страха к комическому снижению напряжения.

Образная система и тональность
Автор последовательно нагнетает тревожную атмосферу: «лес горбатый», «кости дикие повсюду», «место проклято и мрачно». Здесь активно работают мотивы тьмы, смерти и потустороннего: мрак «от неба и до края», «нечистый дух», «перекрещены две кости», «черепами в ямах гости». Образы намеренно гиперболизированы, местами почти клишированы, но именно эта узнаваемость усиливает фольклорный колорит.

При этом в ткань текста регулярно вплетается бытовая, почти разговорная интонация и откровенный комизм. Самый яркий пример — строки про «приспичило ж… покакать» и последующее бытовое решение проблемы. Такой контраст (ужас — быт) формирует «юродский» регистр: святое и страшное соседствуют с приземлённым, а пафос снижается до самоиронии.

Приёмы и динамика
Контраст высокого и низкого: сочетание фольклорно;мифологической лексики и откровенно бытовых деталей создаёт эффект нарочитого «перевёртыша». Это работает как приём юродства: разрушение пафоса через демонстрацию уязвимости и телесности.
Повторы и рефрены: строки «Страшно;страшно, лес горбатый…» задают ритм и возвращают к исходной точке, подчёркивая цикличность пути героя, его «хождение по кругу».
Разговорность и просторечие: лексика вроде «тьфу ты, чёрт», «пошло как;то это», «зад отклячен мой монарший» намеренно снижает образ героя: он не эпический богатырь, а усталый, голодный, растерянный человек.
Мотив квеста: поиск невесты, необходимость «победить лесного пня», обращение к Бабе;Яге — это узнаваемая сказочная канва, но она подана с ироничным уклоном.
Герой и точка зрения
Герой — не классический сказочный персонаж, а «антигерой»: он боится, устаёт, сталкивается с нелепыми ситуациями и не скрывает своих слабостей. Его речь и реакции делают повествование более человечным и менее монументальным. Диалог с Бабой;Ягой балансирует между угрозой и почти бытовым разговором, где даже пугающее приобретает оттенок условности.

Композиция и финал
Секционное деление придаёт тексту фрагментарность, напоминающую сценарий или наброски к спектаклю. Финал (Секция 4) сознательно оставляет пространство для продолжения: просьба о «подтверждении» и обещание дописать сказку позже — это приём, который вовлекает читателя в условную игру.

В целом, «Юродские стихи» — это сознательная стилизация под фольклорную сказку с элементами гротеска и самоиронии. Автор намеренно смешивает высокий мифологический пласт с бытовой приземлённостью, чтобы разрушить пафос и показать уязвимость героя. Эффект достигается за счёт контрастов, повторов и разговорной интонации, а композиция поддерживает ощущение незавершённого, живого повествования.