ТЫ Отблески. Созерцательная поэма

       
               
                ТЫ: отблески   

              Созерцательная поэма.

                ПРИМЕЧАНИЕ:
                Идёт процесс создания
                новой поэмы под условным названием
                "Ты: отблески". Пока готовы шесть частей
                (осталось три). 
                Одновременно каждая часть поэмы публикуется
                как отдельное самостоятельное произведение.   

                - 1 -   
                СИБИРЯК

Ты родился на Байкале, посреди тайги, в Сибири,
отодвинул чьи-то руки и сказал: «Я сам, я сам».
Из заснеженной палатки, позабытой в дикой шири,
полетел по ближним весям и далёким городам.

Ты запрыгивал на льдину, цепко в гору лез упрямо,
и завзятым хулиганом получал свинчаткой в глаз,
а набедокурив славно, ждал прикосновений мамы,
отстраненный от реалий и от всяческих проказ.

Основательный по сути,  проходил через невзгоды.
Помнишь ясно, как в несчастье ни за что погиб отец.
Молча плакал у оградки, вопреки огню  породы:   
по соображенью – взрослый, а физически – малец…

В тёмном омуте – как нечто; спрятан в глубине натуры.      
В скорлупе житийной скуки, берегись – не берегись;
в расстановке сил на поле вряд ли разглядеть фигуры –
точно в чавкающей жиже утонули  сапоги.

Там, в мякине школьных нравов, про запас взвели запалы.
В лабиринтах глупых правил, в мутных терниях таблиц,
зреют молнии, ненастья и ещё почище шквалы,
вместо  мнимого согласья хлещет бунт из-под глазниц.   

Отчуждён и в центре массы, где шумит друзей орава,
то с загадочной улыбкой, то как выключенный свет.
Когда надо – здесь ты, слева; когда надо, здесь ты – справа.   
Словно зелье мандрагоры, ты пронёс внутри секрет.

Сквозь настырное движенье через книги, дым учений
он несёт тебе победы, он несёт тебе труды
где-то в завтрашнем вселюдье, в муках тягостных прозрений,
сохранив тебя в потоках убегающей воды.

                *        *        *
               - 2 -   
              ПЕРМЯК

Заповедную дверь, по прошествии лет,
осторожно открыл, потерявши билет,
а за нею – страна, позабытая с детства:
милый дом и песчаный обрыв у реки,
как бесценные вещи, – остатки наследства,
оцененного молодостью в пятаки.
А теперь для тебя нет ни грана дороже
стёртых лиц и цепочек плотов в лесосплав,
по лазури несущихся вдаль, и негоже
их отдать, у прошедшего отвоевав.

По ступенькам, послушным  астральному скрипу,
в закуток чердака тащишь книжную кипу, –
получивший карт-бланш: сам себе голова,
чуткий к каждому слову, да что тут слова…
И читаешь, читаешь в прохладе чулана
под  завяленной связкой былого сазана –
потерявшись во мраке уральских пещер.
Здесь хозяйка горы сторожит самоцветы*
и являет избранникам дар геосфер.
А откуда-то слышится: «Где же ты, где ты...?»

Словно отблески граней дарёных камней,
ты в душе пронесешь, как добытый трофей,
как картины давно устаревшего  фильма,
тёплый бабушкин голос и дух пирогов,
и кровать в уголке за ветхою ширмой,
и кудахчущих кур, и корзины грибов.
И щемящую грусть утекающей Камы,
зыбкий контур заводов на том берегу.
Эти камни ведут тебя прямо и прямо,
предвещая  удачу на каждом шагу.


                Примечание: * Образы из сказов П.П. Бажова

        *        *        *
                - 3 -   
            СТАНЦИЯ ЗИМА
                …Я зашагал счастливо и тревожно
                по очень важной станции —
                Зима.
                Е.Евтушенко. «Станция Зима». 1953-1956

Чадят дымками деревенские дома.
Вдали на поле – стройка нового квартала.
Пространство ширится от контуров вокзала.   
Семнадцать лет! И это станция Зима… 

Ты – здесь и «там»: здесь – в мельтешенье серых дней,
в сюжетных линиях  традиционной прозы;
семья и школа, рой соперников-друзей;
а «там» –  знакомые по юношеству грёзы.

Послушный времени, и верный сын и брат,
а «там» – упрямый, своевольный, верный цели.   
Бредёшь по улицам туда-сюда стократ,       
а мысль летит  на тридесятой параллели.   

Заборы, книжный магазин, фасад горкома.
Копать картошку, караулить дефицит:
съестное и носильное –  нелёгкий быт.   
Картины –  словно из затёртого альбома. 
               
Но ты уже в мечтах далёко-далеко:
в пути по дальним городам, заморским странам, 
откуда возвратившись странником желанным,
обнимешь родину прощёным чужаком.

      *        *        *
               - 4 -   
              СОЛДАТ

Батарея, огонь, огонь! Маловат окоп.
Надо бы развернуться: танки грохочут справа.
Ты ведёшь учебный снаряд через перископ.
Цель по ходу вьётся ужом – хитра и вертлява,
Но своё получает прямо в роскошный лоб.
                Браво, солдат, браво!

Полигон в читинских горах занесло в пургу.
На плацу ты стучишь кирзой печатая строем.
Ты забыл, что такое: не хочу, не могу.
Приказ: надо – и будешь делать, пусть даже воя.
Устанавливай к бою ПТУРСы* – и смерть врагу.
                За дело святое.

И звереет сержант,  команды взахлёб орёт.
Рассыпается в поле, словно горсточка дроби,
Замороженных тел бессмертный расходный взвод.
Пусть учёба трудна, но станет навроде хобби.
И отправят тебя туда, где никто не ждёт.
                В песчаную Гоби.

По пустыне медленно тащится эшелон.
Тебе здесь и место – на южном чужбинном фланге.
Вас таких знатоков ракет – сто-пятьсот колонн:
И в пустыне могут гулять чужие танки.
Выходи - подкатил к вокзалу  ратный вагон.
                Забудь о «гражданке».**   
 
Самый дальний полк: у комбата – пивной живот,
И фуражка – аэродром. На каждом обходе
Он машинкой сержантов сикось-накось стрижёт –
Так воспитывает солдат по своей методе.
Нависает грозой, как Устав, и петлички рвёт. 
                Плати несвободе.

По тропиночкам,  с автоматами на ремне,
Вы с ребятами прошагали  по караулам – 
Через тернии, как по минам, ступня к ступне, –
Тьму убийственных километров по саксаулам
И по прочей никем не хоженой чертовне. 
                Назло всем акулам. 

                * ПТУРС - противотанковый управляемый
                реактивный снаряд «Малютка»
                ** о гражданской жизни

      *        *        *
           - 5 -   
          СТУДЕНТ

Седой профессор – из испытанных мужей –
глаголит истины про Жизнь до наших дней.
    Про страны, свет и государства.
Сквозь полудрёму,  словно ворожбу,
ты слышишь убедительные бу-бу-бу
    о том, как рушились все царства,

о ненадёжности общественных опор,
и как опасен временами ближний двор
    в борьбе элит и битве классов,
когда всё, вроде бы, кому-то хорошо:
одним – вершок; другим – потолще корешок, –
    но недовольны в сумме массы.

Потом осваиваешь инглиш и франсэ;
строчишь конспекты, рефераты и эссе
    по философии и праву.
Грызёшь понятия «материя» и «дух»,
никак не в силах предпочесть одно из двух:
    без них немыслима держава.

Какой там «дух»!? Когда созрела мысль вослед:
на пятьдесят копеек выкроить обед,
    и рвать к друзьям на вечеринку.
Где смех и музыка, и прочий праздный шум;
играют в шахматы… А взявшийся за ум
    стучит на пишущей машинке.

Ты весь гранит науки дочиста изгрыз,
и каждым летом ожидал тебя «круиз» – 
    пахать: в глубинку за деньгами.
В людском быту перемешались стыд и срам,
дорога к храму и перипетии драм 
    в живой российской панораме.

Сквозь пелену страстей, шагая в горизонт,   
старался разглядеть чудной диапазон
    витиеватых поворотов.
В крутой замене вех, в бушующих волнах,
и в череде усилий, ширящих размах,
    услышь трагические ноты.

Отечество проехал из конца в конец –
сбивая крылья в пух, как  выпавший птенец,
    в сетях законов режиссуры.
Клевал по зёрнышку всё лучшее что есть;   
вбирал свободу, как живительную смесь,          
    в привычных образцах культуры.

С кем дружен был, обзавелись давно семьёй,
и только ты – как будто бы слепой:               
    как перст среди густой чащобы.
И вот тебе она –  единственная:  та,
в которой воплотилась давняя мечта –
    любить и вместе жить до гроба.

Родился сын, рождая новый круг забот,
а тут – диплом, семья, и дел невпроворот.
    Прощай, друзья и узы дружбы.
Так незаметно и пройдёте долгий путь.
В итоге всё же приведут куда-нибудь
    Судьба и тяжкий долг гос.службы?*

                * государственная служба         

       *        *        *

               - 6 -
          БУРЕЛОМ В БЕЗВРЕМЕНЬЕ

На воду смотришь: светятся убегающие круги.
Пусть бы любой унёс куда-нибудь 
(твой или нет наступил черёд) –
простеньким челноком
или невзрачною щепкой.

Глядь-ка, а ты уже – как бывало – выставлен на торги,
и втихомолку разыгран твой путь.
Кто-то решает: прямо, в обход…
В гавань или в разлом.
Выживешь хваткою цепкой.

Время такое: напрочь тебе и всем свернуло мозги.
С глиной смешают в пустой фантом,
вывернут души и закрома…
Снова меняешь курс –
против них выстоишь разве?

Словно привязан к мачте в водоворот – не видать ни зги.
Так, вместе с мачтой, и врос в бурелом.
Снова тебя окружает тьма…
Как последний ресурс 
в неизвестной «зимбабве». 

Здесь тебе быть – в  отныне перекодированной стране.
Заново строиться и выживать:
сеять-косить, выходить в реал…
Слабенькие ростки
немощно тянутся к свету.

Вылезло всяких – впору бежать: грызут внутри и извне.
Новых хозяев несметная рать
властвует словно в начале начал 
разуму вопреки,-
как будто нас вовсе нету.

 
      *        *        *

Остальные произведения – см. здесь:
на сайте «Стихи.ру» – http://stihi.ru/2020/09/11/1333
на сайте «Проза.ру» – https://proza.ru/2020/09/11/204


Не забудьте оставить отзыв, поделиться впечатлением.
Каждое Ваше слово имеет значение.


Рецензии