Люди СкачКома

           Партии Саньки

В этот ветреный, радостный день для Саши
наконец-то придут на артельной лодке
три подруги с парнями. И бойкий старший
будет лезть целоваться, усами колкий.
 
Год прошёл от последней разлуки с ними,
а они всё такие же -- тишь с задором.
Осмотревшись вокруг, шевельнув затвором,
побредут друг за другом в ближайший город.
 
Там у Саши для них много всяких планов.
Ей одной, в окружении препонов общих,
как добыть пониманий в среде болванов
не желающих хлынуть волной на площадь?
 
Окромя кто решится на речь с народом?
Кто прочтёт о свободе отчёт и в каждом:
непонятливом, скудном, тупом, негодном
ниспровергнет  со звоном "обряд монаший"?
 
Ну а дальше всё будет, как в жизни ратной:
соберётся к костру местный круг полезных,
под гитару споёт вся лесная паства,
запасётся слёзой на отскок не трезвый.
 
Жаль последние годы внесли подмены
в преднамеренность действий по смене "поля":
три подруги с парнями уже не вместе,
обменялись полами, а старший гомик.
 
... Она видит себя -- прежних лет загадку:
не страшась "подлой власти", хранясь в осаНке
ветром балтии шпротным, сладким
дышит,
      ждёт
           новых вводных и партий Санька.

            Скорлупа

Кабы были у тебя родители –-
надавали б тебе по мысалам.
 
Как не били б в стране святителей,
так и воя того б не стало.
 
Лишь с тебя скорлупа свалилась,
сразу вольницу ты "узнала".
 
Научила, как видеть разницу
между водкою, глядь, и салом.
 
Без тебя бы как все мы мыкались –-
просветила и рассказала!
 
Что бы там о себе не думала,
спеси -– горы, здесь! Мозга мало!
 
Ты пока средь родни, озвучь ей.
Не пернатой, не мни -– ползучей.

            Для всякого

Жизнь -– желаний прогресс для всякого.
Будь породистым, будь уродливым:
"кренделей" бы небесных, сладкого ...
(И по "дебрям" короче, вроде бы)
 
Как: неспешно, интимно, рангово
строит путь свой натура умная!
На дороге нага, облапана,
но презренными правит суммами!
 
Как под разными ей под флагами
расстилают ковры особенны!
Только вера и воля –- благами!
Не себе "гоношит" –- для Родины!
 
Жажда жизни влечёт окольными:
хоть до Кыива, хоть до Кракова ...
Расцветают пути крамольные.
Жизнь-дорога трудна и знакова!

        Мутное утро

Он пришедшее встретит утро.
Утро сладкий почуяв дым
будет льнуть и свежо и мутно
к благородным вискам седым.

Не поедет он псам и кошкам
карНавальный готовить бунт.
Присягают пусть личным плошкам –-
недостойный, упрямый люд.

Будут: день, и обед, и вечер,
тем же тлением жив досуг.
Будет так же велик и вечен
его мыслей пристрастный круг.

Кто-то вспомнив детали жизни
в раз сто тысячный рубит сук.
Да не так же! Тупые слизни!
Рассказать бы, да их испуг

Так велик перед вечной ложей.
Только избранный видит кон ...
(Новый Шариков внешне сложен,
если стрижен и отстранён)

     Без фена в шопе

... И "то" -- не "сё", и "сё" -- вне солнца!
Не тем и курица несётся!
Намёк на запад -- свет в оконце.
И поводок (Что страшно) рвётся ...

Да и во()ще -- не "то" мы стОим!
Не так стоим, не тем героям
клонИм "ботву" неровным строем.
И всяк, кто "здесь" -- всегда изгоем

пребудет в брошенном и сиром.
Включая "их" -- толпой трактирной,
из бабы вылезших впервой.
(Из бабы, собственно, "не той")

Ну вот никак с таким народцем
без фена в шопе не живётся!

   Тайный миссИя

Пришёл, застигнут, (Что нам их запреты)
теперь в шкафу.(По-прежнему -- не трус)
Не думайте, что будучи раздетым
лишь из греха я "лёг на этот курс".

Откроюсь вам -- я здесь из-за "скелетов",
(Чужих и посторонних не боюсь)
Их перечту, заполню все анкеты.
И пусть теперь хватают, треплют пусть!

Пускай ведут на местную Голгофу!
Их прегрешения озвучу за версту!
И пусть я сам прилип за грех какой-то --
(Уже не помню) жертвой прослыву!

Не скроется трудяга и растяпа!
Держи сухим объём пороховниц!
Везде, во всём, на всех "наложит лапу"
с моей подачи собранный круг лиц!

Да, мы -- мораль! И мы -- её герои!
Мы втиснулись в нутро передовиц!
За справедливость мы, за право, за устои!
Даёшь хозяевам свободу без границ!

   Дама без наружности

Дама без наружности
при большой окружности
ты сидишь на лужице
собственною нужностью.

Распустила космы
в ожидании клёва,
но в разводе полном
с замыслом и словом.

Были упования,
стали, если честно,
при наличии знаний --
кренделем небесным.

Незнакомым волнам
ты весомый тормоз.
лишь писец дозорный
обновит твой образ.

    Про поЕзию

Кто с шарманкой там, голос -- лезвием?
Да неужто к нам гость с известием?
Ох, и скучно щас! Ох, и горестно!
Как почуял гам -- прибыл поездом!
 
Ребятня бежит, сбивши яблоки.
Весь базар -- навзрыд, в общей панике.
Ну, а дядька тот: кушаком горазд,
да повязкой скрыт тот, что слева -- глаз.
 
Говорит, что здесь -- с апробацией,
со столичной к нам -- с инновацией.
Хватить, дескать, вам: жить, да прятаться.
Выходи, мол, люд, позабавиться!
 
И одним таким -- что в провинциях
вечно с властью был в коалициях.
А другим, горласт -- что в столице он
от таких времён -- не в себе самом.
 
Так смущал, стращал весь честной народ
и в мешок свой клал, что не лезло в рот.
А в шарманке нёс: иноземный град,
да какой-то там, гой еси -- парад.
 
Но о главном он не забыть хотел:
мол, лубочный ряд гнать пора от дел.
Уж давно везде: перстный маникур,
натурмордный жанр от голландских кур!
 
А про наш фольклор -- что иначе зрит,
что всегда с утра от него разбит.
Не открылся весь, на девиц косясь.
Вдруг какая здесь, да возникнет связь.
 
Покрывая шум:-"В чём теньденьции?"-
Литератор выл в конкуренции.
И уважил тож, чуя бестию:
-"Поцветастей бы ..."-- Про поезию.
 
А в конце самом важной миссии
на шарманку став сыпал мыслями.
Поднесли ему до того не раз,
гордый профиль пав он совсем не спас.
 
УвЯзли яго, на ковёр поКЛАВ
под бЯлужий рёв: Дунь, Маняш и Клав.
ЗанесеТЬ ли впредь нам подобнУ стать?
Ох, и нудно нам на своём стоять ...

         СкачКом

Вскачь, скачком и бочкОм бывало,
как получится, мчится жиСть.
Всё бывало у них -- бывАлых,
даже прыгалки в коммунизЬм.

Если алым, то знАмо -- алым
развлекайся. И в феминизЬм,
подступивший скачкообразно,
на скачке его -- окунись!

Без движухи ну что за блАгость?
Ну какая в застое мысль?
СкОк -- на улицу, и за млАдость
трёхпружинную подержись!

Неидущих гони на слАлом!
Им хлебАло запри на скотч!
Было мАло им -- вОна стало
скоКА рАзного в эту ночь!

Нет, не просто мечта сбывалась!
Было так, что и фАтум кис.
Разливайся весёлой брАгой
до последнего анархизЬм!

ВеселУху скорее в лОзунг!
УхИ пО ветру, вверх торчкОм!
Проведём мы вас "Аки пОсух ..."
Двери нам открывай СкачКом!!!!

      Млечный зов

... Всё "не то" за окном и снова:
поле, поле ... Не видно скреп ...
На церквушке не трёхголовой
даже снайперу места нет.
 
То ли поздно, а то ли рано,
то ли нужен простой совет:
как изъять дребедень стаканов,
как унять бесконечный бред,
 
Тот, что лезет и лезет рьяно,
заставляя писать стихи!
То ли поздно, а может рано --
обозначить страны грехи.
 
Будьте бдительней! Неразлучней!
К ней в попутчики, кто не пьян!
Где она -- виден много лучЧе
жизни скудной любой изъян.
 
Ну, а если уснёт, к ней тут же
возвращается липкий сон.
В нём она -- тёмной жизни лучик,
"друг за другом" в кювет вагон
 
Отправляет и тихо плачет
о судьбине краёв родных.
Что же с ними случилось ныне?!
Нет свободных среди живых ...
 
В подтверждение дверь не хлопнет,
не появится проводник.
Зов природы от "То ли" тонет
в вечно стонущих проходных ...

       ЧуднО

... Самолёт "втырит" шири слогу.
Слову тут же поможет грусть.
Сбросит, бедный, от смога тогу:
перед ним самобранкой -- Русь.

Далека и близка Россия!
Вновь халявой -- возврат к себе.
Возвернись на любых носилках,
спроцентуй, обновись в судьбе.

Вспомни пагоды междустрочий.
В них, наверное, что-то есть.
Почему-то душа и прочность
в них рождается только здесь.

Предложи, расскажи, опробуй,
положи в каждый рот ленцы.
СтосковалисЯ по живому,
от последних сует, птенцы.

Пусть бежит корм на многих ножках,
"нарезает в обрАт концы".
Дело сделано. Это сложно.
Уж поверьте, "бабцы-юнцы" ...

Вот Байкал отсигналил рыбкой,
вот Урал показал хребет.
Как чуднО - быть себе посылкой,
чУдно как - слать себе привет.

Ну, а чО нам себя стесняться?!
От того нам совсем не вред:
из восточного "тырить" транса
и на западном "руки греть"!

       Не убегай кораблик

Однажды ты исчезнешь, оставишь всех "с носами".
Придут "Они же - дети!", помашут вслед трусами.

И вроде был, и не был. Вильнёшь кормой помятой.
Цветными парусами пришлёшь -- "Пока ребята"!

Ни палубы, ни флага, ни пушки, ни пищали.
На кой тебя такого мы в сердце запуЩали?

Не убегай, кораблик! Портовые красотки
своим речитативом заткнут любую глотку!

Не будет бухты ширШе! Окупишь каждый сантик!
НадЁжа наша, слышишь? Не убегай, касатик!

Не подберётся к борту ни бездарь, ни лазутчик!
Не стырит, "волк позорный", для важной попы стульчик!

Фарватер мы неужто напрасно расчищали?
Твои авианосцы неужто тщетно ждали?

Пусть не такой, как мы -- ты! По барину -- одЁжа!
Пекись о нас -- немытых! РАсейских, кстати -- тожА!

Ветров пусть роза сникнет -- причинно, благовонно.
Оставит дивный запах бодрящего сезона.

А может ты и вовсе, для пользы нашей создан?
Забудешь про начальство, насущный примешь постриг?

И кто откроет просто сокрытого секреты?
Ну послан -- ну и послан! Мы чтим приоритеты!

Умерь свой пыл затратный -- небесное кадило!
У нас своё (Без пятен) священное светило!

   Тщщщщщ Спящщщщие идут

Из ущелий шорох -- рысью.
Слух - сапёрский щуп.
(Совы, голуби и крысы
в толчее из круп)

Шаг их скрытен, писк их тонок.
Если что -- в испуг.
Массой -- взрыв, и массой -- шёпот.
Все - вчерашний друг.

Расчехлён их "долгий ящик".
Истекает ртуть.
В недрах блуда явно слаще,
"справедливей" суд.

Копошатся в жёлтой массе.
И толкут, и жнут.
(По щедротам, как по трассе
"спящие" идут)

    Смешной вагон

... Вопрошая -- не дли тирады
в споре с собственной головой.
Ты "попал" и "попал" не ради
цели чаянной групповой.
 
Здесь не ползают слизни-гады,
тараканы не прут гурьбой.
Мазохисты бы были рады
лепетнуть, усмиряя вой.
 
Но как мило всё начиналось:
ну -- вокзал, ну -- из рук билет,
среди прочих твоя усталость
незатейливых ждёт бесед.
 
И страна за окошком та же,
и совсем без хвоста сосед,
но как будто чего-то кража
навязала к тому сюжет:
 
Проводница мелькает редко,
но так быстро, что рот раскрыв
ты теряешь, как батарейка
к обращению позитив.
 
Всё пространство спеклось под скарбом,
даже место твоё –- острог.
Побеждён ты вещами дабы
о своих помышлять не мог.
 
Надо что-то и как-то делать:
свет включить, отрывая клок
от "закладки" белья, соседям
о понятном явить намёк.
 
Не выходит, молчанье слышно.
В галерее замшелых лиц
расшибись –- не увидишь мыслей,
как средь куриц –- свободных птиц.
 
Поезд тихо куда-то едет,
в назначение веры нет.
Словно в свете нет даже денег,
древний миф -– ресторан-буфет.
 
И ни сна тебе, ни скандала,
ни начальства больших погон ...
Только катит куда-то бравых,
некурящих, смешной вагон.

       Заводь

Мы с девчонками строим заводь,
а пока что -– запруду льём.
Будем в заводи с ними плавать
не стесняемые бельём.
 
Поработать, однако, надоть
над ниспосланным нам жильём.
Не впуская "чужого брата"
мы особым чутьём живём.
 
Приходили, приходят, "мутят",
разрешения зреть хотят.
(Время наше придёт и будем
их топить, как слепых котят)
 
Ройте глубже свои тоннели!
Вечно ль спору идти на лад?
Должен быть уж на той неделе
над тоннелями тест-фасад!
 
... Так: без устали, не в рефрене,
без вникания в прейскурант
пашут денно и в ночь мурены
на запруде у райских врат ...

     Запись 26

Приеду, пойду к Патриаршим ...
В игнор посылая котов,
(И прочих давно одичавших)
на ивы взгляну и мальков.
 
Лишь тут, у воды переходной,
где призраки "без дураков"
рождают "девятые" волны
(А может и с ними) я вновь
 
услышу нетленные строки ...
В каких они снах рождены?
За сколько им? Сколько в потоке
летАми отгрохали зим?
 
Задумаю здесь: страстно выждать,
увидеть в сиянии риз
Наиву Надумьевну ... Лишь бы
впитать её вещий каприз! 
 
Всплакните отчётливей, ивы!
Весомее, зеркало вод!
Наив мой, достигни Наивы!
(Обратный полезнее ход)

       Найдись

... Снова к картам приникнем сальным
(Благо вовремя собрались)
Весь район-то –- четыре пальмы,
да участок, до брода, вниз.
 
Ну куда ему деться в этом?
(Будто вырос среди кулис)
Разослали по всем приметам,
тут на острове, целый лист:
 
Как одет был, и рост, и возраст,
что читал, выпадая из
неизвестного руководства
неизвестных в округе лиц.
 
Кто разыщет, тому без сдачи –-
предоставим простор страниц!
Потерялся Андрюша-мальчик!
Всем активом кричим:--" Найд-и-и-и-сь!"
 
Пальмы зрелым зовут кокосом,
треньем верным стенают:--"Плиз ..."
Как мы будем решать вопросы,
если космос космизма скис?
 
Беззащитным на пекле жарче –-
невозможная давит мысль ...
Возвернися, Андрюша-мальчик!
Ну-ка хором опять:--" Найд-и-и-и-сь !!!!!"

    Призрак страны ОЗ

За морями, за тенью суток
тоже земли. И берег-пост
ещё жив безо всяких шуток.
Не решён ведь пока вопрос:
 
Сохранения и убранства,
приведения в нужный лоск
вдрызг изъеденного пространства,
языка нисходящий слог.
 
Ведь не камень живое сердце!
Возвести, осуди труба,
е(ж)ли рубят само наследство:
незавидна его судьба --
 
Языка от России хОжей!
Но поможем, придём, спасём!
Вдарим истинным им по рожам,
правомерным теперь во всём!
 
Так они для себя ворОжат
и по спинам от слов мороз.
Быть Мелене -- держащей вожжи,
от музЫки вести обоз!
 
Но "ни "бе" и ни "ме"", ни косо
на Мелену не смотрит босс.
Быть Мелене бы чуть моложе,
да иметь бы повыше рост.
 
И напрасно. Мелену всё же
принимает любой всерьёз.
У своих и случайных тоже
на Мелену отличный спрос!
 
Будь покоен, товариСЧ слова!
Не протиснется  вглубь, впотьмах,
как говОрено: кто-то новый,
кто-то русский, реальный враг!

    Перспектива для слова

Занырнул? Так примкни теперь
с восхваленьем к любой подгруппе,
удержи притязаний дверь
от скитающихся по "клумбе".
 
В руку -- сон, а во сне смотреть
уже будешь не хрень о буднях,
а о том, как здесь ходит сельдь
в одеянии вспышек клубных.
 
В голове и авоське -- снедь,
в словесах -- о судьбе и судьях.
Как наружу -- так лучше смерть,
"на мирУ" средь широт подспудных.
 
Перспективы конечно здесь ...
Время тонет в острейших спорах.
И заборы конечно есть --
уходящие вдаль для слова.

 


Рецензии
Не для средних умов...

Виталий Иванов -Рохлин   23.11.2022 12:26     Заявить о нарушении
Наглядно всё. Спасибо за отклик.

Андрей Марьин 2   24.11.2022 00:47   Заявить о нарушении