Тристан и Изольза. Пятая часть

ТРИСТАН И ИЗОЛЬДА


Пятая часть повествования о могучем Тристане,
прекрасной Изольде,
благородном короле Марке
и хитроумном Мелоте



1. Мелот

Мой государь, никто не защищал
твою Изольду. Кроме двух пажей
убитых, кроме в дальние края
ушедшего Тристана – никого
не совратила.
                В крик она кричала,
по горнице металась, нож брала,
себя убить хотела…
                Отвели
в темницу, крепко заперли. Никто
не ходит к ней, не носит писем ей.

Ни хлеба, чтоб с напильником, ни хлеба,
чтоб просто так, съестного…
                Что казна
ей выделила, тем сыта, бедняжка…

2. Изольда

По темнице хожу,
круг да круг кружу,
цепь за собою вожу.

Скучно сидеть,
неволю терпеть –
уж поскорей бы смерть.

Есть, пока действует зелье,
в крови веселье,
а недалеко и похмелье.

Сяду на полу каменнОм,
в плаче покаяннОм,
будто в аду живьем!

Лучше уж я сама,
чем голодом меня – тюрьма,
чем временем меня – тьма.

Вспоминай, король, как вел к венцу
недолгую свою пленницу,
само-удавленницу!

Выдохну – душа
полетит спеша,
бела, нехороша.

Полетит от страны чужой
до страны родной,
полетит живой!

3

Мелот
Мой государь, успели, отобрали
мы пояс тонкий.

Марк
                Может, зря успели…

4

Король размышляет над видами казни –
какая чтоб дольше, больней, безобразней.

Петля захлестнет шею белую – и
качается дева в объятьях петли,
спешит к ней воронья крикливая стая,
и в хлопоте крыльев висит как живая…

Огонь разгорится и грешную плоть
пожрет, ярый, чистый, а пепла щепоть
развеется по ветру и над страною
протянется смрадной, сплошной пеленою.

Могучие кони, четверка гнедых,
привязаны к телу – отправит кнут их
в четыре пути к четырем краям света,
где бегу предел, оборотная мета.

Топор рухнет скоро – и честная казнь
для прочих изменниц, красавиц соблазн!
Поднимут с помоста убитое тело,
чтоб мертвая всё голова оглядела!

5. Мелот

Мой государь, нельзя ее убить!
Условия такие подписали
с Ирландией, что если умирает
Изольда, не оставив по себе
потомства, то приданое ее –
все деньги, земли, корабли – должны быть
возвращены ее родным… Не сможем
потраченное, розданное и
утопленное мы отдать ирландцам.

6. Марк

Думай, плут, думай,
на то тебя и щадили,
подолгу не казнили,
чтобы такое дело.

Избыть ее думай,
со свету чтобы сжить,
хоть заживо схоронить,
чтоб ни жива-мертва была.

7

Мелот
Заточили Изольду во темницу,
под замок посадили. Надо думать,
что с ней делать.

Бригена
                Тут есть одна мыслишка –
женщина только

этак может придумать! Хуже смерти,
невозвратнее смерти… А для мести
нет причины! Ирландские богатства
не возвращаем!

(Шепчет, шепчет, чего-то ему шепчет.)

Мелот
Дело, дело! Не Марк ее карает
за измену. Но Бог, судьба и случай,
объединившись!

8

Женского коварства
мера страсть велика!
Хорошо, что не на государство
поднята рука,

а всё мелкие дрязги,
телесный пыл,
иначе разве
их бы кто усмирил?

9

Мелот
Мой государь, Изольде лучше быть
ни мертвой ни живой.

Марк
                И это как?

Мелот
Мой государь, есть медленная смерть:
проказа, белы лепры. Как вели
Изольду вниз, в темницу, я заметил
на ней такие… Надо, государь,
освободить, и пусть идет к своим,
берет пусть колокольчик…
                Есть ватага
несчастная, живет в лесу недальнем –
лес Моруа скрывает от людей
страдания их мерзкие, туда
отдай Изольду.
                Издали посмотрят
ирландские посланники, Тристан
и тот не подойдет к бедняжке близко…

10

Вспоминает король
белую боль,
хочет смотреть
ленивую смерть,
затевает скликать
позорную рать!

Приходят к королю на двор
те, кому и без него приговор!

11. Прокаженные

Кто безрукий, кто безногий,
кто истерзан в язвах многих,
кто безумен – это все! –
род людской во всей красе.

***

Каждый из нас – злодей,
каждый – Иуды злей,
за каждым – великий счет
тех, кого за собой влечет:
кого – целованьем, кого – дыханьем,
кого – омочив слезой-рыданьем.

12. Марк

Так вот вы каковы! И ваша боль
сказалась так, увечьями такими,
что больно и смотреть. Смотреть не надо,
иначе что?.. Как Лотова жена
на смерть смотрела… Отвожу глаза.

***

Никто мы не свободны от судьбы,
от кар ее постыдных и великих…
Изольда покидает наш дворец,
к вам в лес идет – болезнь ее примите,
как мы в час добрый приняли здоровье
и красоту ее. Пусть будет вашей
Изольда королевой, ей служите,
как нам служили, пока вас проказа
не вывела из подданства.
                Изольда!
Прощай.
                Бог покарал тебя, не я!

13. Вождь прокаженных

Болезнь нас исключает из народа,
из правды Божьей – вот она, свобода,
где кончился закон, где приговор
один на всех…
                Но люди, род лукавый
(мы помним: сами были), люди всюду
находят себе выгоду, и мы
становимся Изольде палачами,
становимся соузниками с нею…

14. Изольда

«Иди!» – толкают – и я иду,
близко и тяжело
идти – я оклика только жду:
«Назад!» – все молчат – свело

душу от страха – еще один
шаг, и уже назад
нельзя будет – первых моих седин
по ветру вьется прядь;

и зренье меркнет – ему видать
только мою болезнь –
белую кожу – мне осязать
ею и прах и плесень;

и сила уходит из тела вон –
шаг шагну – вся дрожу –
не речь моя, а несильный стон
раздастся, когда скажу:

«Ты поздно за мною, неверный друг,
я уже не твоя –
вон ИХ!» – И чувствую твой испуг,
дыханье небытия.

15. Прокаженные

Что здоровая, что ты непорочная –
ничего: день да ночь распространяется
по дыханию, по справедливости
Божья кара, на всех одна.

16. Тристан

Долго скитался,
тоску одиночества,
изгнанный, мыкал, –
настигли слухи,
один другого
безумней, злее:
моя Изольда
в бедах изгибла.

Не так могучий
прыгает пардус,
и быстропарный
олень по кочкам
не так несется,
рогатый скачет, –
как я дорогу
взметал, бегущий.

Успел увидеть
свою Изольду;
не знавший страха,
смотрю медлящий;
не сталью честной
она казнится,
не сталью честной
удар отвести от нее.

Любовь сильнее
стократно смерти –
на сердце лепры,
а не на коже;
брал от Изольды
огнь лютой страсти –
не откажусь и
от дара последнего!

17

И вдруг как некий вихрь из неба черный –
Тристан. Как могут эти полутрупы
добычу охранить? Как можно трусить,
как избегать короткой славной схватки
таким вот? Врассыпную вся ватага.
Оружие у них – дыханье, тело:
дохни, коснись – и в прах повержен враг,
им щит – брезгливость наша!
                Взял Тристан
свою добычу – нежную Изольду!

18. Тристан и Изольда

Бежим – погоня лютая
за нами надрывается,
бежим, следами путая,
за нами заплетаются.

Догнать боятся воины,
заразы или доблести
боятся – платы сдвоенной,
длят медленные скорости.

19. Мелот

Мой государь, погоня упустила
Тристана и Изольду. Страх и страх
сковал движенье верных… Что проказа,
что меч Тристана – верные две смерти!

Мой государь, мы весь обыщем лес
и беглецов найдем, когда ты хочешь,
но мой совет – оставить их совсем.
Довольно их история собою
умы сограждан наших занимала,
и не придумать лучшего конца,
чем это бегство.
                А увидит их
кто, встретит, так с пути поворотит,
боясь заразы.
                Посильней брезгливость,
чем любопытство…
                И они забудут
Тристана и Изольду, твой народ…

20

Тристан
Здесь нас никто не найдет – лес темный, лес Моруа страшный
конному, пешему – здесь и умрем; дождь покойные кости
вымоет, высушит ветер, снег убелит – мы до смерти
будем, Изольда, с тобою; в любви нашей жизнь упокоим!

Изольда
Здесь будем жить-поживать, напитает лес, теплым укроет;
зверь дикий мимо пройдет – не завоет он, места не выдаст;
шизый орел пролетит – не увидит сквозь листья; в покое
будем, Тристан, уж такая дана нам свобода до смерти!

21

Бригена
А мне страшно. Тристана я, Изольды
каждый божий день чувствую движенье,
пробужденье – ведь живы оба, живы,
помнят наши с тобой дела.

Мелот
                Не помнят,
а вернее – не знают: твое пойло
им умы затуманило.

Бригена
                Осталось
ждать не долго. Придут в себя, очнутся,
сложат знанья свои – и что в итоге?
А вся наша вина как на ладони.

Мелот
Чары только падут, так разбегутся,
и ни словом-полсловом обменяться
не успеют.

Бригена
                Куда ж им торопиться?

Мелот
Опротивеют так они друг другу,
так их совесть заест…

Бригена
                С чего бы?

Мелот
                Кто-то
да найдется в лесу – бос проповедник,
полоумный фанатик да поборник
правды, нравственности.

Бригена
                Дай Бог такого.

22

Лес на то и лес,
чтобы в нем жил отшельник;
отшельник на то и есть,
чтобы в лесу жить-поживать.

Ходит старик по тропам,
и зверью недоступным,
видит старик пришельцев –
нет в старом сердце страха.

Он лесу хозяин –
стрела пролетает мимо,
каленая стрела Тристанова
не тронула медью старого.

Изольда всплеснула руками,
Изольда невольно вскрикнула,
как будто что укололо,
совесть какая в сердце.

Усадили старика к огню,
напоили и расспросили,
не утаил он правды
горькой и что горчее…

23. Тристан и Изольда

Мы слушаем слово пророка,
мы слушаем ложь его нам.
Постыдно, убого, жестоко
не будет, по вещим словам

бессмысленным; ветер гуляет,
в косматой гудит голове,
осеннюю песню играет,
кружится в пожухлой листве.

24. Мелот (в одежде отшельника)

Тристан, Изольда милые,
преступники невольные,
недолго ждать вам, мучиться,
недолго еще тлению
в крови быть – сроки кончатся,
с любовным потом зелие
источится последнее.

Падут с тяжолым грохотом,
оплаканные, ржавые,
две цепи, и свободные
сердца забьются, -прыгают.
Кто будет, раб отпущенный,
и дальше страсти рабствовать!
Мертв черный грех, невольный грех.

В недальний час, в свободный час
бегите друг от друга прочь!

25

Уходит от них странник, им смешны
его слова: какой-то грех?! Теснее
объятья. Им любовь и дни и ночи
так коротает, что не успевают
до срока умереть, а вот он, срок:
слабеет зелье, смотрят друг на друга
уже не с прежней лаской. Дальше что? –
Попреки…

Тристан и Изольда
                Не смотреть бы на тебя!

Тристан
Как убывает красота твоя!

Изольда
Твое как убывает благородство!

26

Изольда
Источились две силы –
колдовства и любви,
мы друг другу не милы,
хладно, тёмно в крови.

Тристан
Пробуждаются воли
две, крест-накрест они –
разведут наши доли,
чуждые искони.

27

Изольда
Ты погубитель: надо ж было выпить
чужую долю варева!

Тристан
                Я стал
предателем. Я короля, страну
оставил, я…

Изольда
                Блудница-королева,
ославлена я.

Тристан
                Кровью только смою
позор свой!

Изольда
                Перекину через сук
я пояс, я повешусь…

                И они
расходятся – ни взгляда друг на друга,
как бы чужие, – по своим делам.

***

Они не замечают той любви,
которая была до всяких зелий,
которую залить пытались зельем,
чтоб привязать Изольду к королю…

Они забыли собственный огонь,
когда заемный сгинул…

28

Их закончилось время,
разминулись они
врозь, вкось чувствами всеми,
и унылые дни

потекли. Он уехал,
куда Марк его слал,
за военной потехой
у Шотландии скал.

***

А она? – Ей не долго
по лесам гулевать:
у нее чувство долга,
и пути ее вспять

к королевской столице,
послужить королю;
время ей возвратиться,
чистота возродится,
быть не бывшим былью.

29. Мелот

Мой государь, она идет одна,
идет к столице. И (случилось чудо!)
здоровая. Народ ее встречает
восторженно. И чуть ли не шелками
путь застилает к твоему дворцу!

30. Изольда

Принимай, столица, меня другую,
чем видала раньше; греха не помню,
в нем не виновата, мы все хлебнули
(надо, не надо)

варева хоть плюнь, но теперь такие
лютые ветра – навсегда рассеют
серую хмарь, желтой потянут хмарью
прочь от прошедшей

лжи, любви. Свободно и пусто в сердце,
место есть для долга, для королевской
доли, спеси, вещей моей планиды –
здравствуй, столица!

31. Мелот

Мой государь, все правильно ты сделал –
вернул свою Изольду; мы никто
противиться не можем высшим силам
и низшим – колдовству… У вас теперь
совет-любовь, и кто посмеет, подлый,
припомнить осмеянье короля
и униженье власти!
                О Тристане:
он наконец уехал, это – точно.
Мне сообщили: он в горах шотландских
воюет с кем ни попадя, равняя
разбой и подвиг воинский; сдружился
с шотландской королевскою семьей;
смешно сказать: там тоже есть Изольда,
прелестная девица, белорука,
кто как-то по-особенному…
                Шлет
тебе Тристан богатые дары:
рога и шкуры, шкуры и рога…

Великий он охотник, несравненный!


Конец пятой части повествования о могучем Тристане,
прекрасной Изольде,
благородном короле Марке
и хитроумном Мелоте