С восхищеньем прислушался ухом, отлитым из меди,
Граммофон одинокий, он был ни во что не одет,
К тоскливому звону штанов, содержащих в кармане
Пару звонких и родственных уху по крови монет.
Море лепетом волн заглушало тугое волненье.
Одинокого мастера, в сумраке прожитых лет,
Отыграли пластинки, и слышится пение пени
В бодром марше штанов: юный, медный, весёлый привет.
Глуховатое ухо, простуженный дом привидений,
Хрипловатая глотка, хранящая тайны навет, мирно дремлет...
И дремлюще верит, что некогда воздуха иней проденет
Сквозь медь, через сердце летящий в каюту куплет.
Предпоследняя ночь – восхищённое памятью бденье,
И надежда, и вера в штанами проложенный след.
Бред о камерном хоре монет, бред о паре взволнованных пени,
Влюблённых друг в друга в шуршащем кармане навек...
Нет. – На очень недолгое время.
Предпоследняя ночь
© Copyright: Андрей Облов, 2021
Свидетельство о публикации №121010601198
Свидетельство о публикации №121010601198
Рецензии