Мне снился дождь...

Мне снился дождь, задумчивый и горький,
Бег капли по кленовому листу.
Он шёл, ломая шоколад на дольки,
По направленью к Карлову мосту.
С ним был туман: пальто его окутал,
Мерзляво руки жал, в карманы лез –
Но нет охоты этим влажным путам
Сопротивляться: времени в обрез.

Она придёт, она давала слово.
О, раньше Брунсвик кинется на дно,
Чем он посмел бы усомниться снова
В том, что ему обещано давно!
И за тяжёлой осени вериги,
И за туманом скрытую зарю,
За стёклами витрин альбомы, книги –
За всё, дрожа, шептал: «Благодарю…».

Она ко времени. Подав ей руку,
Он, кажется, зовёт её туда,
Где саксофон поёт про Чаттанугу,
Куда, как в праздник, ходят поезда.
Блестит бокал. Она глядит, сощурясь,
И от её улыбки так тепло…
А фонари от сырости раздулись,
Светя сквозь запотевшее стекло,

Но ярче свечи. И светлее взгляды.
И в такт хрипит влюблённый саксофон.
И больше ничего вокруг не надо,
Пока их разговор ещё не сон,
Но акварель на вымокшей бумаге:
Уже ей завтра надо в Сен-Жермен,
А он всегда в согретой ею Праге,
И жизнь его не знает перемен.

Простившись с ним легко, не унывая,
Укутав плечи в шерстяную шаль,
Она уйдёт, тихонько напевая,
Как будто ей ни капельки не жаль
Его ботинок, хлюпавших сквозь слякоть,
Промёрзших рук, промокшего пальто…
Но что с дождя? – ему нельзя не плакать,
Нельзя слегка не ныть – зато… зато…

Чуть-чуть неловок, возбуждён и прыток,
Через туман, сквозь влажный блеск витрин,
Дверь распахнув, он в поисках открыток
Влетит в ближайший книжный магазин.
Собрав надежд живительную влагу,
Как каплей по кленовому листу,
Зелёным вальсом краски на бумагу
Напишет он: «Она вернётся в Прагу
Встречать весну на Карловом мосту».