Старый пень

Познал я жизни зло и радость.
И вщет лишь разорвал любимое гнездо.
Но, несмотря на мрачность.
Я вольно жить хотел, хотел…

В лесной тени  стоит пенёк невзрачный.
Он старым мхом оброс.
Стареет с каждым божьим днём.
И не жалеет ни о чём.
И только ласково квакушка
царапает тот застарелый мох.
Она лишь квакает усердно.
Не слышит его сердца стон.
Пенёк мечтает о  любви.
Когда – то был он молод, строен.
Берёзки усыхали, плакали за ним.
Но только он гордился станом.
Высок, красив и не чета другим.
Но яркость жизни изнуряла.
И  в старости остался  он один.
А счастье безутешно, горечью покрыл.
Видать любовь вдаль закатил.
И нет семьи, и нет детей.
Он  нежность мраком лишь покрыл.
Сосуд любовный в сердце онемел.
Лишь только мутью изводил нутро.
Тепло души  вдаль  ветер уносил.
Стоял без цели, без желаний.
Боль ран душевных возрождал.
Воспоминаний   след болючий
с души изгонял.
Молясь, страдал и плакал
в тишине ночной.
И душу ранил  вщет.
Огонь любви мгновенно угасал.
Покрыл он прахом нежность
и любовь свою.
И только огонь отчаяния блуждал,
охватывал  ранимое нутро.
Ведь я любил, меня любили.
Во мне ликующий блудник
всю душу истрепал.
Лишь грех беды любовной страсти,
внутри  обманом закипал.
Уж боле нет во мне страданий.
Теперь я стар, облезший пень.
Но только вслух твердил исправно: 
Оберегайте Вы  любовь!
Заплачет сердце,
не исправить,  ведь ничего.
Не примет новый шанс судьба.
Лишь только любви вечность,
сердце ласково сохранит.