В углу обшарпанного здания

Ветви деревьев падают на стену своим очертанием,
Вырисовывается крест в углу обшарпанного здания.
Холодная стена справа, намекает на заболевание,
А я лечусь стихами, выполняю никому ненужные задания.

Моё мировоззрение, моё масштабное понимание!
Куда меня дели? Когда пригодятся все мои знания?
Зачем во снах открывались двери к светлой Дарии?
Видимо ветер унёс меня за грехи в коварное изгнание.

Снова в Питер или уже  куда-нибудь в тёплую Италию,
А то много дерьма выпил в странной жизни палева.
С ума не сойдите, замечая как деньги мир сжирали,
В сображении несоображаемого планетария.

Всё перемешалось в сантиметре одного касания,
Не готов давить на жалость и доброе сострадание,
Но хотелось бы чтоб мир достиг взаимопонимания,
А то добро за жалость частенько воспринимают.

Шум комнатных труб мой рассказ сильнее нагнетает,
Два-три раза был труп и всего один раз воскрисанием.
Бывал на столько глуп, доверял тем кто ранили,
Поэтому они теперь за спиной с восклицанием!

Тридцатник с пустотой в кармане, при всем старании,
Постареем в пространстве неравного равноправия.
Мало здоровья, хоть вроде и выпивали за здравие
И каверзно стало, у племени последнего предсказания.

Не знаю правда ли что Каин убил брата Авеля!?
Знаю то, что за своего буду стоять до безкрайнего.
Как достали многие с не актуальной завистью,
Не понимаю гнилого чувства чьего-то преобладания.

Себе тёплые валенки, а ей бусшлат на талию,
Мода дерьмо, у меня в моде тёплое согревание.
Повторюсь, изгоняя какое либо призывание,
О молчиливом признании шопота и толкования.

Расстояние которое подразумевает тоскование,
Моментом величайшего расставания на состязание.
Крайне неохотное по утрам распределения,
Под давлением в разброссаной неактуалии.

Простыней окно закрывается чтоб от дальнего,
А то слухов, будто люди этим сопроваждаются.
В ожидании минимального в великой глобалии,
Жадность и зависть от мира, боги убрали бы.

Да наступит гармония которую с добром искали!
Родимые дали порадили чтоб силы упали и восстали
И так далее в материи неизвиданной аморали,
Где игрушки от детей убрали и взрослым отдали.

Парадокс пародоксальный в заковыристой многограни,
В глубокой заэвуалированной степени прибывания.
Друг друна любили, а после без дела ругали!
Зачем люди много с ума сходили и много орали?

Безответственное осоздование без ответа оставит,
А войны сколько людей в разном месте убивали?
Ладно.. Все оставим. Многого наверное не исправить!
И пусть отдохнут листы заполненные стержнем и сталью.





2020