Шестидесятые годы двадцатого века
сделали всё, чтоб меня привести в человека.
Что же в мартышку я вновь возвращаюсь, когда
«возрастом страха» взята надо мною опека?
Или «возраст страха» - не возраст, а копия страха,
и через время я снова вернусь в человека?
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.