Монолог Азазелло

Я дух Азазель, я злосчастный козёл отпущенья
И прячу печали под маской ухмылок угрюмых.
Никто у меня никогда не попросит прощенья,
И я никого не прощу ни в речах и ни в думах.

Никто ни за что Азазелю спасибо не скажет,
Не ждёт Азазель за работу ни мзды, ни задатка –
А кто лиходея намедни таскал через кряжи?
Кто выставил гостя – из Киева чей-то был дядька?

По должности я обольститель, но практики мало:
Видок у меня уж такой, что на люди не суйся –
А тут посылают – нужна, мол, хозяйка для бала:
«Вон дамочка, видишь? Иди, – говорят, – тренируйся!»

Ну, я и пошёл. И, слова понапрасну не тратя,
Позвал её в гости. Она, разумеется, в раже.
Пришлось мне припомнить какой-то роман о Пилате
И ей процитировать строки о древнем пейзаже.

И тут она в слёзы: «Обманете – будет вам стыдно!
Иду хоть на смерть!» – так обделал я трудное дело,
О нём доложился порядком – но как-то обидно,
Что снова никто не сказал: «Молодец, Азазелло!».

И вдруг на меня ниоткуда свалилась награда:
Я ей позвонил и инструкции дать собирался,
Она ж: «Азазелло, мой милый, ах, как я вам рада!» –
Я час перед зеркалом после стоял – сомневался.

А в ночь после праздника, просьбы друзей уважая,
Семёрку пробил я, не глядя, – не все так умеют.
Она: «Что за выстрел! Вы мастер! Я вас обожаю!» –
Чего только люди не брякнут, когда захмелеют!

Но дела и вправду ей нет до разбойничьей рожи,
И я уж признаться хотел, как Ромео Джульетте…
Но злой мой товарищ – такой бегемот толстокожий! –
Испортил всю песню – козлиную песню, заметьте! –

И в чём-то был прав: поразил я не сердце – очко лишь,
Любовника леди сейчас же сыскать попросила.
Он в дурке сидел, у него там бездомный был кореш,
Который намедни кричал, что не верит в мессира.

Она заявила: «Хочу, чтобы стало как прежде!
В подвал вместе с ним!» – и какие тут, право, игрушки!
И ясно я понял, что нет больше места надежде
И впору теперь самому очутиться в психушке…

А утром – сигнал, что пора возвращаться на круги.
Её и его – вот сюрприз! – забираем с собою.
И тут, как обычно, нужны Азазеля услуги,
И вот мне велят аккуратно ухлопать обоих.

Увы, не впервой Азазелю работать задаром –
Заместо «спасибо» я слышу «Подлец! Отравитель!»,
Но кончено всё: мы летим высоко над пожаром…
А там белый плащ – на Пилата взглянуть не хотите ль?

Мессир подмигнул её спутнику: мол, не грустите,
Под боем кровавым «конец» написать – ваше право.
Она же вдруг впала в экстаз и кричит: «Отпустите!» –
Спасибо, без мата – а то с неё станется, право.

Я сам под расписку дал ключ им от ихнего дома,
Квартирный вопрос разрешил я без лишних вопросов.
Раскланялся сухо, как будто едва мы знакомы –
И злые друзья на меня не взглянули бы косо.

Я дух Азазель, но у женщин успех мне не светит,
И нечем себя исцелить от постылой напасти:
Прийти под окошко к ней ночью – так ейный заметит
И пулю мне всадит – он тоже ведь всё-таки мастер.