Счастливы вместе

В начале жизни, в сумрачной казарме,
Играли мы с тобой курсантский рок.
В строю – распевка о родимой армии,
В учебных буднях - личный номерок.

На тумбочке дневального, на память
Устав зубрили, вместо слов и нот...
В квинтете Фет, как Ринго барабанил...
Потом Володька… ну, как Билли Ворд.

Борис на соло, Сима на басухе,
Иртегов – «соль» на Йонике искал.
Я ритм-гитарой тренькал на досуге,
И Юра. Нынче был бы "бэк-вокал".

Держали мы дворовые скрижали,
Из ник и получился наш квинтет.
Мы родину в казарме защищали,
Ту родину, которой больше нет.

На наших танцах мы играли чисто,
Под знаком «Самоцветов» и «Битлов».
И все ловили кайф от «машинистов»,
Но понимая смыслы спетых слов.

Про Вологду, не думая о Доне,
Куда меня мой рок адресовал...
Иртегов делал на аккордеоне
То, что и автор вряд ли бы сыграл.

Но как мы «Смоков» делали на танцах!
Как будто каждый получил "Звезду"!
Не думая  музыкальных шансах,
В три голоса творя: «What Can I Do».

«Водки найду» – летело негасимо,
А ротный был в английском не силен…
Наверное, стал капитаном Сима,
Никто не знает ничего о нем.

Мы все тогда-то многого не знали,
Любой вопрос не обещал ответ.
Но все равно, мы родину спасали,
Не эту. Ту, которой больше нет.

Тогда мы все могли курсантским бегом
Преодолеть любую магистраль…
Ушел из этой жизни наш Иртегов,
И Юры нет, и Мишки, как ни жаль.

И даже седовласый Боб, едва ли
Возьмет гитару, да сыграет «хит».
Его, как всех, порядком изломали,
Куда там «Смокам» или «Юрай хип»?!

…Опять в цене военные пилотки,
и гордость о потерянной стране.
Но редко мы встречаемся с Володькой,
И не поем те песни, что под водку
Могли бы спеть Серёге – старшине.

Мы вновь, как мантры, догмы повторяем,
В которых вновь туман, и где-то свет...
Мы думаем, что родину спасаем.
Не эту. Ту, которой больше нет.

25.11.20