Метафора в движении

«Ты смеялась как метафора, которую я пытался записать в течение многих лет»
                Руди Франциско

Свинец разлили,
плавленый по глади,
добавив в блики
моря серебра –
ещё не скоро
звёздные медведи
раскрутят звёзд
бегущих жернова…

И ты, смеясь
от суеты – свободен,
как от влюблённых
глупый разговор;
или певец,
поющий в переходе,
(что пропивает
 жалкий гонорар!).

А вот она: та,
что сидит напротив –
одна из самых
творческих натур,
В глаза твои глядя,
совсем не кротко,
ища следы волною
смытых царств –
она ещё дитя:
больших прелюдий,
мечтаний светлых,
снов, литератур…
Но мир другой –
так сладок
и флюиден
для с нервами
некрепкими натур!

Но тих тот вечер,
что во всём виновен:
в плаще со звёздами
и в колпаке факир,
накроет тенью вас,
помимо правил,
добавив в чай
греховный эликсир.

Как ритуал прекрасен
тот и древен –
свечу задует
под финал актёр;
качнутся тени
в том дверном проёме,
где всё смешалось:
вниз или наверх…
                *
В своё время Лев Толстой буквально остолбенел от метафоричного языка Шекспира! Его, жестокого реалиста, коробила эта двусмысленность и нечёткость в описании вещей и явлений.  Борис Пастернак, напротив, любил переводить Шекспира и Гёте! Перевёл «Фауста», где всё произведение состоит из метафор и расплывчатых иносказаний, делающих текст малопонятным «непосвящённым». Но Пастернак – он и сам «Энциклопедия поэтических метафор», которыми привык мыслить! Вынимая саму суть бытовых вещей, превращая простые, на первый взгляд вещи – в таинственные предметы, обладающие собственным языком и характером. Так творится Великая литература!
Каждая новая необычная метафора – это как крупица золота, способная обогатить родной язык новым звучанием и свечением.
О чём это я? Весь современный язык, особенно политический – «сплошные понты», при этом выступающие в «форме» пустых, совершенно блёклых метафор современного мышления. И Пелевин прав, когда говорит об этом – ещё более зло и категорично.
Многовариантное метафорическое мышление отвергает всякий диктат и произвол. Метафора – это и есть язык настоящего творчества… И, значит, свободного мышления. А здесь и до свободы личности недалеко!
«Мы таковы, каковы наши мысли!» Не помню, кто сказал… Но явно кто-то из великих!