О влюблённости в далёкую звезду

Сергею Филиппову, поэту и режиссёру, ответ-посвящение на его Бетельгейзе

Пощади звезду, Поэт!!
Ей до тебя  в любви
Никто и никогда не признавался!
Равнодушные,
Не могли доплыть корабли
До её орбит. Впрочем,
Никто и не пытался.
И неожиданно - любовь твоя!
Будоражит, наплевав на световые лета!
И звезда засияла, намечтала вояж
Сумасшедшего,
Заплутавшего в космосе где-то.
Что ты делаешь? Остуди свой пыл!
Не тревожь звезды космос!
Помнишь, как брошенный в зиму
Дачный камин остыл,
И как распалить его было не просто?
Трещина в кладке и горький дым -
Сомнительная пиромания.
Тонкому месяцу,
Со звёздами молодыми,
Ни к чему зодиакальные терзания.
Из дома в дом спешат поезда,
Перевозят чужие чувства.
А до станции,
Где живёт твоя звезда,
Может, и можно доехать,
Вот только назад как вернуться...
А вдруг она разорвётся от счастья,
И шестьсот световых лет
Перестанут для вас быть препятствием?
Как любить то, чего просто нет?
А может, она над тобой смеётся:
Румянец то ярче её, то бледнее!
С Земли она мнится второй после Солнца,
Но из космоса-то виднее...

Посвящение Бетельгейзе (СЕРГЕЙ ФИЛИППОВ)

Пишу тебе, драгоценная Бетельгейзе,
в мареве ночи, не побоюсь этого слова – райской,
попивая согретый в руке Jagermeister,
добивая пятку зачётной бахчисарайской.

Шестьсот световых безжалостно нас разделяют,
но те, для кого расстояние имеет значение,
счастливыми любовниками не бывают,
а мы – счастливцы до ума помрачения.

Тебе – два миллиона, мне – немного за сорок.
Разница в возрасте добавляет палитре перцу.
Мои кости корчатся в твоём пламени, словно хворост.
Твоей раскалённой плазмой заполнено моё сердце.

Ты не забыла ещё, как мы первый раз встретились?
У меня навсегда впечаталась в сердце картина:
полное небо безмолвных горящих свидетелей
и космос вибрирует песнями Мартина Дина.

Разбросав вальяжно лучи по плечу Ориона,
втянув мой внутренний стержень сверхгравитацией,
ты изнывала Джульеттой на перилах балкона,
а я сделал всё, что должен Ромео в такой ситуации.

Психоаналитик цинично назвал меня астрофилом –
неописанным случаем в научной литературе,
а по мне – хоть горшком, если ты полюбила
de facto, то плевать – как это зовётся de jure.

Расскажи, что там у вас происходит вечного?
Галактика стабильна, или снова пикирует?
Правда ли, что вдоль всего Пути Млечного
расположились Йидамы и медитируют?

У нас бессовестно хвастают боеголовками
мужики всех религий, регалий, размеров и масти.
Наблюдать за этим мне, право слово, неловко –
чувствуешь себя, будто в порноблокбастере.

Любимая Бетельгейзе, мышиная эта возня уже
утомила настолько, что я решил незамедлительно
переехать к тебе без вещей и оправки, на ПМЖ,
скажи, ты ведь рада, моя ослепительная?

Будем вместе практиковать и обретём сиддхи.
Осчастливим Вселенную, отсекая привязанность.
Звёзды, квазары, метеориты и метеоритихи
отовсюду слетятся к нашим объятиям пламенным.

Астрономы твердят, что тебе остаётся до взрыва
никак не меньше пары-тройки тысячелетий,
так что я успею ещё нахлобучить кружечку пива,
и рвану на крыльях любви в самой быстрой ракете.