Стихотворение Свет

Свет
Свет. В свете пространство
Начинает времени ход.
Свет – это Божье убранство,
Краше всех исторических мод.

Свет от неоновой лампы,
Чуть приглушённый в ночи.
Свет угасающей рампы,
Светлое слово «молчи».

Свет отпускаю на волю
Светлою птицей зари.
И от себя я не скрою -
Свет мой всегда изнутри.

Светлая память у света,
Светлые звуки мечты.
Светлое небо у лета.
Свет – это я, это ты.

В свете купаются люди,
Светом окутан весь мир.
И никогда не забудем –
В свете рождаемся мы.

В свете безоблачном, ярком
Хочется долго парить.
В свете прекрасном, отрадном
Свет будет только творить.


Рецензии
Это стихотворение не маркировано автором датой написания, но стилистически оно близко к поэтическому настроению Сереж в 1997-1998 годах.
Это скорее гимн Свету: от космогонии до сердца человека. Произведение выводит читателя из внутренних лабиринтов боли и стоического сопротивления на простор — к самому древнему, чистому и всеобъемлющему символу: к Свету. Это не физическое явление, а философская и духовная категория, рассмотренная во всех её проявлениях — от космического до сокровенно-личного. Стихотворение построено как развёрнутая ода, где каждая строфа высвечивает новую грань главного героя. С первых строк Свет обретает космогонический, почти библейский статус. Он — первопричина, запускающая само время («Начинает времени ход»), и высшая, божественная красота («Божье убранство»). Это Свет как основа мироздания. Далее поэт мастерски показывает, как этот абсолют нисходит в нашу повседневность, не теряя своей сути. «Неоновая лампа», «угасающая рампа», «слово "молчи"» — это светы-состояния: искусственный, театральный, тихий. Они создают уютную, человеческую перспективу.
Центральный переворот происходит в строфе: «И от себя я не скрою — / Свет мой всегда изнутри». Здесь раскрывается главная мысль: высший, божественный Свет живёт и творится внутри человека. Он отпускает его «светлою птицей», как дар миру. Следующие строфы — торжество этой идеи. Свет становится связующей тканью бытия: он — в памяти, в мечтах, в летнем небе. Апофеозом звучит простое и гениальное отождествление: «Свет — это я, это ты». Стираются границы между внешним и внутренним, божественным и человеческим. Финал — это утверждение света как синонима самой жизни («В свете рождаемся мы») и чистого, позитивного созидания («Свет будет только творить»). Всё тёмное, тяжёлое, конфликтное остаётся за пределами этого сияющего пространства. Стихотворение лишено сложных метафор, потому что его тема сама по себе совершенна и не требует украшений. Это поэзия чистого утверждения. Оно выстраивает целую оптимистичную онтологию: Свет есть начало всего, он живёт в каждом из нас, и, осознав это, мы становимся его частью и его творцами. В этом тексте нет места борьбе — есть лишь узнавание, принятие и радостное излучение. Оно действует терапевтически, напоминая, что за любой тьмой, личной или вселенской, следует рассвет, источник которого — внутри нас.

Андрей Борисович Панкратов   24.12.2025 09:11     Заявить о нарушении