Сижу на полустаночке

Сижу на полустаночке.
В кармане пустота и срам.
Ох, жизнь моя суровая.
Как видно непутёвая.
Но жить – то хочется народ.
Толпа идёт смешливая.
Меня не разглядеть.
Висят лохмотья дряхлые.
А запах смрада лишь кишит.
Ну, хоть взгляните милые!
Ведь не хочу я умирать.
Подайте, на пропитание.
Христа ради, Вас прошу.
Валяются бутылочки.
Грешна моя душа.
Но публика сторонится.
Обходит стороной.
Ах, жизнь моя бедовая.
Наказан я сполна.
Лежит моя котомочка.
В кармане ни гроша.
Ах, жизнь моя суровая.
Опустошённая внутри.
Сижу на полустаночке.
Приблудный пёс сел рядышком.
В кармане пусто, милый мой.
Тебя мне не чем, накормить.
Лишь публика провинциальная
гуляет здесь и там.
Бросает взгляды дерзкие.
Вопрос немой от них.
Котомочка тяжёлая
воняет с барахлом.
Ах, жизнь моя бедовая.
Опустошённая внутри.
А запах пива дивного
разносится по сторонам.
А грязная котомочка
пугает честный люд.
Растратил чувства нежные.
Остался в жизни
на задворках я.
Дряхлым стариком.
Любовь лишь мимолётная.
ушла уж навсегда.
Не дал Бог милости.
Не нажил я детей.
Суровый взгляд людей
напоминает жизни след.
Я блудный сын.
Я нищеброд.
В котомке мой наряд.
Пугает люд мой
скорбный взгляд.
Не угасает  души пожар.
Лишь боль и грязь
скопил внутри.
За  провороненные годы.
Напоминает мне прошедший шаг.
Где я погряз лишь в праздной  жизни.
Прошу у Бога милости.
Не оставляй в беде!
Грешна моя душенька.
Но жить – то хочется и мне.
О, если бы сердце юное
забилось в груди.
Ошибки юности забрала бы
с души.
Страницы жизни праздные
изъял бы навсегда.
И только слёзы горькие
пролиты  мною зря.
Лишь запах гнили прошлого
сочится от меня.