Бабочка

Можно ли в смерти родного человека найти нечто прекрасное? То абсолютное чудо, что скрывается под нарочито устрашающей черной фигурой с серпом и толщей драпированной скорби.

Задолго до несчастного случая с бабулечкой, когда она слегла с тяжелым переломом, мы говорили с ней о том, что все связано, завязано в клубок единый, пусть он наглядно и незримый. Но внутреннему ли чутью не знать, откуда тянет та или иная прядь? Оно и кажет нам, как мать ребенку, где не оступиться. И мне настойчиво, как долбит кору дерева лесная птица, постукивало о случае роковом. На что бабулечка смиренно отвечала, как будто тоже что-то знала, но не противилась тому: «Что круговерть несет людей по им предписанным путям». И как бы не хотелось мне иного, предостеречь и удержать ее, но надо волю уважать другого.

И вот, спустя как месяц после оглушительного грома, я к ней присела, чтоб поговорить. Взрастали вихри светло-золотые вокруг ее уже ослабленного тела, с частицами похожими на золотистый витающий песок, искрящийся на солнце.
Казалось, она, смиренно принимая рок, физически утрачивая силу, распускалась как цветок, доселе лепестками свернутый в бутон. И вот златая середина, одно как льдинка тает и сменяется другим. Я, понимая неизбежность происходящих далее метаморфоз, тихонечко ее спросила: «Бабулечка, а что ж с тобою станет?» Она, наморщив лоб задумчиво, как словно за собою наблюдает, ответила: «Не знаю. Меняюсь просто, понимаешь». «Как кокон в бабочку?» - понять ее пытаясь. «Как в бабочку», - ответила она. Исчезли все слова и дальше я сидела подле молча.

Слабели жизни цепкие объятия, и вдохи, становясь короче, вконец затихли. И был рассвет, когда совсем исчезли золотые вихри. И в ту секунду загорелся в коридоре свет и замерли все на минуту, как словно кто-то там прошел и поднял, как обычно, кверху руку, чтоб датчики движения включить. Все слезы прекратили разом лить и улыбнулись совпадению.
Затем я вышла на балкон, вдыхая осени прохладный воздух. И тут мне бабочка садится на ладонь и посидевши улетает вверх как птица. А вроде б не сезон.

И вот, когда происходил обряд прощания, свой взор, как словно видишь все впервые, я поднимаю вверх, а в небе чисто голубом одно единственное облако сформировалось в форму такого же создания, что на балконе село мне в ладонь. И провисело неизменно так, не меньше часа, покуда шел процесс. Быть может кто не обратит внимание, сказав пустяк. А я, смотря на силуэт, застывший в небе с крыльями и усиками галочкой, подумала «хороший знак» и улыбаясь прошептала: «Лети моя бабочка».

 ahanova.ru