В камере

Зыбкие отсветы гаснущих сумерек
Лягут постелью на крыши железные.
На небо крабом Селена полезла
В желтых оттенках ночного безумия.

Звезды, как брызги висят купоросные
Вот ведь сияют ордой лихоманской.
Мне бы в луга, да тропинкою росною
Мне бы в поля, там где песни цыганок.

Где там, сижу за двойными засовами
Небо расчерчено в мелкую клеточку.
Клифт полосатый на соколе снова.
Ошую фраер храпит бородатый.

Вновь пересылка, пятерка за пазухой
Снова составы застонут колесами
В черепе снова стучит раз за разом,-
Где же хмельные весенние росы.

Где же вы, очи любимые карие!
Где поцелуи в стогу да над речкою?
Что же я долю свою разбазарил.
Как же минуты не лечат.
Не лечат.

Табор, три карты и три поцелуя
Стонущей скрипки вдали переборы.
Что же я так безнадежно тоскую.
Где же на платье цветастом узоры.

Стонет в уставшей душе "Невечерняя".
Валятся звезды в рассветные полосы.
Только очей твоих музыка грешная.
Лишь пеленой твои черные волосы.

Рядом храпит фраерок полосатый.
Только неспится под желтым сиянием.
Как же был счастлив с тобою когда-то
Кружатся мысли в усталом сознании...

Табор уходит в счастливое прошлое,
Снова туда, где не ждут расставаний.
Падают с неба седые горошины...
Сквозь времена,
Уводя расстояния.

Стихли в уставшей душе -"Невечерняя",
Гомон кибиток и крики цыганок.
Ночь мне по полной под сердце налита
Пятирублевой улыбкой обмана...

Где вы, Земфиры, Софии и Зары?
Где тот костер за заброшенной хатой?
Ночь, одеялом застелены нары.
Ошую фраер храпит волосатый...