Сияние - атерет. рассказ очевидца

    Над Самарией - полная Луна. Холмы, омытые лучами, полукольцом спускаются в просторную долину, где на одном из каменистых  склонов журчит родник - "Сияние" - "Атерет". Вода в скалистом грунте заполняет два бассейна, и жители из Шило и Бейт-Эля сюда съезжаются с детьми.
    В Бейт-Эйле и Шило евреи жили с незапамятных времён: "И передвинулся Аврам к горе, к Востоку от Бет- Эля; раскинул там он свой шатёр..., построил жертвенник для Б-га." (Берейшит 12, стих 8). Яаков, Б-гом названный Израиль, не забывал святое место, где сказал ему Всевышний: "Встань и взойди в Бейт-Эль..."  Исполнилось пророчество Яакова: "...Не отойдёт скипетр от  Йегуды  и законодатель из среды его потомков, доколе не прибудет  в Шило, ему - повиновение народов." (Берейшит, 49, стих 10 - 11). 300 лет в священном Шило хранились древние Скрижали. Там рос с  раннего детства великий пророк - Шмуэль, помазавший на царство отрока  Давида.

                Отдых  за Чертой оседлости.

    В настоящее время в городах Шило и Бейт-Эйль проживает более 10,000 человек. 45 процентов всего населения составляют дети.
    В праздничные дни  у "Родника Атерет" царит оживление. По крутой дороге, вырубленной в скале, где не могут разминуться 2 автомобиля,  приезжают молодые семьи с детьми, нагружённые пакетами с едой . В мелком бассейне плещутся упитанные карапузы в надувных жилетах . Из более глубокого водоема выскакивают пейсатые молодые хасиды, освеженные купаньем. Они жестикулируют, поют и весело танцуют, вовлекая зрителей в свой круг. Красивые молодые  женщины с выводком детей покоряют своей выдержкой. Чуть повыше каменной площадки, в тени раскидистого дерева сидят двое солдат, вооруженные автоматами. Из их телефонного  планшета доносятся адаптированные  мелодии Израиля, щедро сдобренные африканскими ритмами.
    Большие и малые еврейские поселения Самарии напоминают средневековые гетто, ограниченные от внешнего мира не стенами, а изгородями колючей проволоки. Так называемые евреи-поселенцы, при поддержке  международных организаций, лишены безопасной возможности  выходить за пределы своих городов, поселений и дорог, проложеных к населенным пунктам. Вот почему необходима вооруженная охрана детей и подростков в местах, где они родились, растут, учатся и работают, чтобы не платили они собственной кровью  за естественное  человеческое право жить на  своей земле.
    В стране холмов, ручьев и  родников подземные воды, пробиваясь сквозь камень,  образуют водоемы в самых неожиданных местах, насыщая влагой плантации, сады и рощи. По серпантину первоклассного шоссе меж зелёных холмов, автомобили, как на крыльях, плавно спускаются  в глубокую долину. Дорожный знак"налево" указывает на узкую колею к двум бассейнам родниковой воды.
    В тени деревьев многодетные семьи проводят целый день. Гребень противоположного холма увенчан трехцветным палестинским флагом. Безоблачное небо прочерчено  стрелами подъемных кранов, возводящих  стены жилых домов. С высоты птичьего полёта узкая долина и купальная площадка видны, как на ладони. Белые каменистые глыбы, словно зубы мифического  Дракона, вросшие в бока холма, могут  служить безопасным укрытием для снайпера с оптическим прицелом...
    В тени под деревом весь день сидят  вооруженные солдаты. Снижается Солнце  над горой и приближается вечер. Без лишних слов, все люди с малышами на руках разъезжаются по домам. Бассейны опустели. Остались только двое - высокий мужчина в черной шляпе и его мать в платочке. Попрощавшись с солдатами, они направляются к стоянке машин. Два стражника ждут, когда их заберёт дорожный патруль. Вдруг оба солдата с рюкзаками за плечами и автоматами наперевес стремительно побежали вверх  по каменистой дороге навстречу такси с белым арабским номером на бампере. В  мгновенье ока один из них направил автомат в открытое окно машины. Второй что-то громко закричал, приблизив автомат к лобовому стеклу. (Во избежание террора, арабам запрещено приближаться к местам  собрания евреев.) Дав задний ход, таксист исчез за поворотом... Молодые парни с автоматами в руках вернулись к бассейнам и включили музыку на полную катушку.
    Тишину  вечерней долины прорвал оглушительный рокот танцевальных ритмов. Лицом к холму, на узком бортике бассейна с автоматами наперевес, Израильские парни, выделывая над водой рискованные па, отплясывали румбу. Последний автомобиль медленно развернулся  на крутом склоне, а женщина махала обеими руками  на прощанье из окна оставшимся  внизу солдатам. В каждом израильском воине она видела своего внука: у стен Иерусалима, в Хеброне у пещеры Махпела,  на смотровой площадке горного Шомрона, во время армейских сборов, под стенами Газы... В  18:30 дорожный патруль yвёз солдат с поста.


Спидометр дорогу метит,
Считая мили колесом,
Остался позади Атерет,
Мерцая тусклым серебром.

Над засыпающим хребтом
Стихом из Вечного завета
Всплывает в небе лунный диск,
Пейзаж, как в древности, горист,
И, розовея в зыбком свете,
Осыпан цветом тамариск.

В Бейт-Лехеме пророк не спит.
Он ждёт Певца, пока овечки
На водопое пьют из речки,
А мальчик в дудочку дудит,
Не ведая грядущей встречи.

Таинственной судьбой рискуя,
Высоким помыслом горя,
Шмуэль, предвидя смерть Шауля,
На власть помазал юного царя.

Давида стих проник в Халель,
На струны царского кинора,

В напев пастушеских предгорий,
А вместе с песней - в птичью трель,
В свеченье звёзд и в привкус горя,
И в сладкозвучную  свирель.

В долинах светозарного Шомрона
О нем поют подземные ручьи,
И над холмами круглыми в ночи
В стихах непобедимого Сиона
Симфония Израиля заучит.


ББ©2020


Рецензии