Дорогой Авраама
В древнем Хеброне в Пещере Махпела были захоронены патриархи Авраам, Исаак и Яаков и их жены- Сара, Ревекка и Лея. В городе сохранились могилы прабабушки царя Давида, моавитянки Руфи, его отца Йишая из племени Йехуды и полководца первого Израильского царя Шауля-- Абнера-вениаминита, предательски убитого военачальником царя Давида- Йоавом.
На земле обетованной.
Зашифрованным кодом Танаха
Из Шехема в глубинный Хеброн
По обочине Царского шляха
Вился путь Иудейских племен.
Арамей, сын язычника Терры,
Величавый отец Авраам,
Гениальный приверженец веры,
Из Харана пошел в Ханаан.
По пути , у подножья Геризим
Авраам сделал первый привал.
Летним жаром пустыни пронизан,
Над шатром громоздился Эвал.
И, поднявшись наверх , словно в раме,
Всю страну увидал Авраам.
За холмами морскими валами
Поднимались другие холмы,
Среди склонов покатых сверкали
Водоемы озерной воды
Наливалась лоза винограда,
Распевали всю ночь соловьи.
Но плоды и напевы пернатых
Авраама прельстить не могли.
Он построил Алтарь на вершине
И , преследуя высшую цель, -
Чтоб постичь Откровенье пустыни,
Из Шехема поднялся в Бейт-Эль.
Затянуло предгорья туманом,
Загустела вечерняя мгла,
Одолел вещий сон Авраама,
И явилась пред ним - Махпела.
Возле Мамре, в пещере глубокой
Он увидел надежный приют
И услышал под сводом высоким,
Как Керубы о вечном поют, -
О горе Мориа, где он свяжет Ицхака,
О скрижалях что дал нам в пустыне пророк
О событиях в свитках святого Танаха,
И о мудрости, скрытой в Законе меж строк.
Час настанет. Войдёт в Йерихон Йехошуа,
Сильный духом, бесстрашный Калеб
У гигантов Хеброн отвоюет
Храбрый воин 80-ти лет.
И предстала глазам Авраама картина-
Он увидел, как Руфь среди трав
Подбирает смиренно колосья,
А в глубинах Хеброна из мести, от злости
Точит меч беспощадный Йоав.
Гордый Авнер, краса Биньямина,
Станет жертвой в руках палача,
Понесут иудеи на скорбных плечах
Прах вождя. И любимого сына
Похоронят в Хебронских камнях.
Растеклись по земле Филистины,
Но готовится каждый еврей
С вместе с сильным Давидом с дружиной
Победить непокорных князей.
И, помазав Давида на царство,
Усмирив филистинскую спесь,
Воевало Израиля братство
За отчизну, свободу и честь.
Но беда, словно хищная птица,
Бьет без промаха черным крылом,
Под копытом дорога клубится,
Скачет принц молодой Абшалом.
Он спешит, чтоб в мятежном Хеброне
Протрубить над холмами в шофар,
Что грядёт в "Ир Давида" избранник народный,
Абшалом, новоявленный царь.
Царский сын едет с войском своим
Каменистым путём из Хеброна
В обезглавленный Йерусалим ,
Освящённый заветом Сиона.
Над Масличной горою зарницы,
Опустел и умолк царский дом,
В спешке Царь покидает столицу,
Переходит Кидрон босиком.
И свершилось. - На крыше дворцовой
Опорочен отцовский гарем,
Город замер - ни звука, ни слова,
Эхо гаснет у каменных стен.
Кличут в небе печальные птицы,
Но не знает юнец Абшалом,
Что под гулкие своды гробницы
Он убитым вернётся в Кидрон...
"Абшалом, о, мой сын Абшалом!"
Нет страданьям Давида предела.
Вечно плачет над сыном Поэт,
Борода у него поседела,
Шеломит греет царское тело...
Но не гаснет Божественный свет!
Обертонами звучных напевов
Сквозь туманности звездных орбит
Над дворцом и пастушьим наделом
Он струится на волнах зари.
Дуновением Лиру лаская,
Ветерок легкий тает в ночи,
А мелодия Света на струнах звучит
И от смертного сна пробуждает.
Свидетельство о публикации №120092705307