Саматиха

В стороне от многолюдья затаилась от греха,
думая её забудут, назвалась - Саматиха.
Не погост, не деревенька. Пять домов наперечет,
вместе с кузницей. Поодаль речка тихая течёт.
Три пруда полузаросших в обрамленье старых лип.
Отражением замершим к берегу мосток прилип.
А ещё забор длиннющий, проходная у ворот,
спит за ним покой дремучий, там история живёт.
Доросли до неба ёлки. Погруженный  в старый парк,
дом хозяйский на пригорке уцелел незнамо как.
Он классически изящен деревянный барский дом.
Толь лесник, то ли приказчик проживали в доме том.
Жизнь текла однообразно, отрешенно от забот.
В тишине, без катаклизмов проходил за годом год.
В круговерти изменений исторических эпох
дом дожил. Стоит покуда, и на вид совсем не плох. 
Тишина, покой остались. От страстей земных вдали,
старый  дом, что в жизни новой, сумасшедшим нарекли.
Областная психбольница, с повоенных тяжких лет,
собирает на леченье тех, кому покоя нет.
Будь он буйный, иль тихоня, переломанный судьбой,
здесь находит облегченье. Всем забота и покой.
А на воле, пред забором, деревенский  свой уклад.
Хоть с гармошкой на крылечке тут давно уж не сидят.
Всё тут связанно с больницей, и врачи, и персонал.
Я же только на побывку в деревеньку приезжал,
где от шума городского, от мальчишеских забот
совершенно отключался, иногда два раза в год.   
Тут всё было интересно, многое пришлось понять.
Здесь меня косить учили, лошадь в сани запрягать,
собирать бруснику, клюкву, на печи грибы сушить,
в зиму лёд в пруду пилили, дабы в погреб заложить,
как окучивать картошку, сено складывать в стога.
Масса новых ощущений. Вкус парного молока,
смак солёных помидоров, запах дыма от печи,
и приёмник телефункен с вражьим голосом в ночи.
Всё ушло, опять сменился политический устрой,
но как хочется вернутся, хоть на миг, мне в тот покой.
Разгоняет обороты жизнь, мгновенья торопя,
лишь во сне порою снится мне Саматиха моя.