Мир будто бы преобразился

Мир будто бы преобразился,
Иные видения бытия.
Некто пожалуй не стучится,
Вокруг лишь только тишина.

Но не распахнутые окна,
Свечи одни только горят.
Но видимо не одиноко,
На стенах образа висят.

И шороха вовсе не слышно,
Одна лишь мается душа.
Но что-то будто промелькнуло,
Тень испарилась в никуда.

Двери однако-же закрыты,
Мерцает свет лишь иногда.
Довольно заметные приметы,
Явились вдруг у алтаря.

Некие призрачные очертания,
Покоя вовсе не дают.
Душа была видно в изгнании,
Её не покидал недуг.

А тут иные представления,
Время и вовсе не бежит.
Остановились и мгновения,
Лампадка старая висит.

Никто и вовсе не пугает,
Разум пожалуй не спешит.
Душа как прежде причитает,
Что-то однако-же болит.

Как будто вечность воцарилась,
И ничего постичь нельзя.
Да неужели сие приснилось,
Иные вовсе времена.

Но сие место существует,
Наверное давним давно.
А тень как будто-бы рисует,
Только духовное естество.

Окна по прежнему закрыты,
Свечи те самые горят.
И те же самые приметы,
У алтаря нынче пестрят.

Нечто такое обосновалось,
Которое не передать.
Ведь воскрешение свершилось,
Сие невозможно отрицать.

Возможно только соглашаться,
И дух сей видимо принять.
Чтоб одинокой не остаться,
И слово свыше причитать.

А двери вовсе не приоткрыты,
Не слышен стук издалека.
На стенах всё-таки заметны,
Те же знакомые образа.

Не существуют притязания,
И даже ведомой судьбы.
Есть только в верности признание,
Любовь пожалуй воплоти.

В некотором опять оцепенении,
Находится сама душа.
Осталось только лишь стремление,
Постичь те самые небеса.