***

Фонарь зажгли, и дело к ночи,
любовь берет меня в тиски,
твой Вавилон ***ми разворочен,
ко мне ты липнешь как носки.
Свистит свирель, и пахнет падаль,
болезненного твоего лица овал
в тридцать девятый тот декабрь
вполне меня очаровал...
Кривые тени лезли в койку,
в матрасный погружаясь ил,
и Шостакович из колонки
свои симфонии нам лил...
А утром ты вернулась к мужу,
достойному главе семьи,
чтоб греть ему нехитрый ужин
и поливать настурции свои.


Рецензии