Во сне и наяву

Сколько помню себя, хочу
Знать, что выльется, что исчерпано.
Я на Святки зажёг свечу
И гляжу неустанно в зеркало.
Явь пригрезилась, хоть убей,
Хоть руками потрогай - вот она,
Но вбегает ко мне лакей,
Рапортуя, - карета подана.
И несут меня молодцом
Кони шалые, кони жгучие,
Кучер с чёрным, как смоль, лицом
Их без устали плёткой мучает.
Переливами бубенцы
Обвивают позёмку исподволь.
Ездовой, натянув уздцы,
Из кареты у дома высадил.
Этот дом улыбнулся мне
Кривозубым забором весело
И меня заглонул извне
В кружевелое занавесие.
Там по лавкам в углах сидят,
Узловатые лапки свесили,
Семь рахи'тичных бесенят
И волхвуют на спорах плесени.
Чалый бес наставляет чад,
Чертит меты на битом зеркале,
Чтобы будущее стократ
Впредь коварили и коверкали.
Пусть я трусом не слыл совсем,
Оробев, чертыхаюсь матами,
Старый бес и недужных семь
Тянут лапы ко мне лохматые.
Я проснулся в поту, вопя,
Страх, ритмично зубами брякая,
Утонул в глубине меня,
И зарю оборвало с якоря.