Великий Болотов Андрей

Алексинский уезд, селенье Дворяниново.
И речка Скнига плавно здесь течет.
Октябрь на дворе, пора унылая,
Андрей родился, продлевая род.

А за окном эпоха многоликая,
Век восемнадцатый и жизни бурный бег.
Россия в устремлениях великая,
Науки покоряет человек.

Андрей учился, был живой, старательный,
Языки разные, все было по плечу.
Осиротел в четырнадцать, не стало матери,
Отца не стало, плохо пареньку.

Но горе горем, жизнь то продолжается,
Учился думать и трудами жить.
Науки одолеть вовсю старается,
Фортификацию, историю учить.

Он рисовал, толк знал и в математике.
А в географию, в ту просто был влюблен.
Жил строго в вере и в быту, на практике
Он трудоголик и аскет, все это в нем.

Пришла война и в чине подпоручика,
Покинув дом, Андрей идет в поход.
Война ведь в людях губит чувства лучшие,
Он выживает, думает, живет.

Войска России полонили Пруссию,
Он, адьютант при Корфе и в строю.
Град Кенигсберг в полон забрали русские,
Он исполняет миссию свою.

Сам Крузиус учил его религии, 
Воспитывал себя и в вере рос.
Да, тяжко было, видели б родители.
Он вырос и в чинах, ему дан пост.

Сам флигель адьютант... персона важная,
Покинул Кенигсберг и Корф его увез.
В России смута и дела все очень разные.
Екатерина стала на форпост.

И поселился он в своем имении,
Среди лесов и в тишине родной.
Он вечерами слушал речки пение
И думы думал, на душе покой.

Ложится спать и вскоре, как в тумане,
Он видит тонкий сон, как наяву.
Портрет девицы, весь в жемчужной раме,
Глаза, что небо, русую косу.

Вид девы той был юн и непорочен.
Чуть чуть косил и томным был сей взгляд.
Головку украшал в шитье кокошник,
Искрился радугой, сиял, ну, чисто клад.

Андрюша встал, и все ему казалось,
Что дева где-то близко от него.
Но сон прошел, осталась только жалость.
Дела в Ченцово привели его.

Дела управил, пить вдруг захотелось
И дева ковш с водою поднесла,
Он смотрит... ведь она ему сегодня снилась
Знать это жено, вот чудны дела.

А было ей двенадцать лет от роду
Он согласился ждать ее любя.
И понял он... сие угодно Богу.
Свершилось, обвенчались на века.

В открытых окнах музыка звучала,
Струился мягкий и лазурный свет.
И скрипка сладко, сладко так стонала,
И нежной песней вторил ей кларнет.

И вальса тихий ритм вовсю струился
И в доме на горе звучал рояль.
Хозяин дома в девять спать ложился,
Ну, в четыре он уже вставал.

Был распорядок строг его и точен,
Молитва к Господу, и день открыт для дел.
Работал в кабинете, строг был очень,
Безделья в жизни просто не терпел.

Экспиременты ставя по науке
Из Пруссии картофель он  завез,
Рассмотрен овощ тот был им под лупой,
Посажен на делянке, где овес.

Ученый наблюдал здесь ежедневно
И записи в журнале точно вел.
Как клубень дал росток и вскоре вся деревня
Уж любовалась, как картофель цвел.

Пришла пора, он ягодой покрылся,
Крупна, красива, зелена она,
Крестьянин в зарослях от глаз сокрылся,
Заморский фрукт попробовать пора.

Нет сладости, на вкус солоноватый,
Да и вдобавок вовсе не созрел.
Он кражу совершил, как виноват он,
В глазах вдруг потемнело, вот пострел.

А поутру идет, идет понуро
В господское именье на надел.
И просит барина простить его, угрюмо,
И вылечить, недуг вдруг одолел.

Тогда открыл он истину крестьянам,
Что клубни овоща варить и брать в еду,
С тех пор картошка стала россиянам
Родной, незаменимой ко столу. 

В Москву с семейством делал он визиты,
Все больше деловые, как всегда.
В издательство спешил он в час открытья,
Попав на казнь разбойника, царя.

Болотов появился на Болоте,
Где эшафот стоял уж поутру,
А Пугачева привезли в колоде,
Он был велик тот смертник наяву.