Чума

За этот шаг, непоправимо грубый,
за этот плен,
стекает сон из перекрестья трубок,
стеклянных вен,
в пустой зрачок; цветут сирени пятна
из детских лет,
и все равно дороги нет обратно,
дороги нет
на те луга, где вместе спят драконы
и сизари,
где оседает город незнакомый
в кольце зари
на дно души в заброшенный колодец,
и на краю
гадает шут на крапленой колоде
на жизнь мою.
Рубашкой вверх твои созвездья лягут;
зимы укус
из темных нор - и сыпью черных ягод
завьется куст;
да будет час, когда шиповник вкусен!
немой вопрос -
и ночь глядит глазами птичьих бусин
в бутоны роз;
была ль когда для зелени веселой
Земля мала,
там, где теперь пустой, бесстрастный, голый
надрез ствола?
Решиться впрок, и надо бы под осень
рубить сплеча -
сухие ветви милости не просят
у палача.
Стреляй - я здесь, по твоему подобью,
наискосок -
мое крыло, распахнутое дробью
и черный сок...


Рецензии