О книге Почему у женщин при социализме секс лучше
Название, что и говорить, интригующее. В самом деле, кому из женщин (да и, наверное, из мужчин) не захотелось бы узнать, почему у женщин секс при социализме лучше?
Левые вообще с крайней неохотой говорят на подобные "приземлённые" бытовые темы, предпочитая в сотый раз пережёвывать мантры о классовой борьбе и общественной собственности на средства производства и прочих краеугольных камнях социалистической идеологии. Но если расценивать социализм как такое общественно-экономическое устройство, при котором в равной степени удовлетворяются как физические, так и духовные потребности человека и создаются условия для его всестороннего развития, то всеобщая сексуальная удовлетворённость логически должна стать одной из важнейших целей, которые ставят перед собой социалисты.
Эдуард Вениаминович Лимонов, например, считал вопрос сексуальной комфортности гораздо более важным, нежели вопрос о господствующей форме собственности. В своём радикальном труде "Другая Россия" он посвятил данной теме целую главу, в которой прямо говорил о необходимости обобществления жен и введения различных форм сексуального общежития (например - узаконенного промискуитета) наряду с традиционной нуклеарной семьёй. По мнению Лимонова, это избавило бы человечество от трудоёмкого и энергозатратного процесса охоты на самку/самца, к тому же обставленного массой ненужных ритуалов.
Лимонов в своей радикальной dream посягнул на то, на что не пытались посягнуть даже самые радикальные социалистические мыслители, а именно - на уничтожение черты, отделяющей личную (даже интимную) жизнь человека от жизни общественной (точнее - коммунальной, ибо Лимонов говорил об общежитиях типа коммун)
Кристен Годси, автору книги "Почему у женщин при социализме секс лучше", до радикализма Лимонова, конечно, далеко. Но и ей есть что сказать по этому поводу. Сама книга выросла из одноимённой статьи (https://inosmi.ru/social/20170820/240049004.html), опубликованной ещё в 2017 году в журнале "Нью-Йорк Таймс", в которой автор пыталась развеять стереотипы о коммунистических странах Восточного блока как о царстве пустых прилавков, длинных очередей и мужчин и женщин, подавленных жутким тоталитарным строем. Вопреки этим стереотипным представлениям, "сравнительный социологический анализ жителей Восточной и Западной Германии, проведённый после воссоединения в 1990 году, показывает, что женщины из восточной части испытывали в два раза больше оргазмов, чем женщины из западной части страны". В своей книге Годси и попыталась ответить найти причины таких удивительных результатов.
Суть аргументов товарища Годси вкратце такова. Общественное бытие определяет общественное сознание. Основными чертами капиталистической системы являются товарное производство и рыночные отношения. При капитализме все аспекты человеческой жизни (включая самые интимные) подчиняются логике капиталистического способа производства и распределения. Иными словами в капиталистических условиях часть женщин становятся пи#доторговками, т.е. вынуждены торговать собой, расценивать собственное тело как товар, красоту и молодость - как выгодную инвестицию и предоставлять право на обладание собственным телом или же оказывать сексуальные услуги в обмен на некий набор материальных благ. Прямое выражение это находит, например, в проституции, опосредованное - в браках по расчёту.
Женщины вынуждены это делать не в силу особенной испорченности или распущенности (хотя такие культурные особенности капиталистического общества как культ меркантилизма, стяжательства и эгоизма никто не отменял), но потому что в силу ряда причин являются экономически зависимыми от мужчин. Прежде всего в силу необходимости вынашивать и рожать детей. Кроме того, женщина, как правило, ещё и вынуждена до определённого возраста этих самых детей воспитывать, а попутно и заниматься всякой домашней работой: глажка, стирка, уборка и прочая. Мужчины, как правило, принимают в этих женских заботах самое минимальное участие: "не мужское это дело", да и вообще "я целыми днями горбачусь, чтобы вас прокормить".
В-общем, без "крепкого мужского плеча" тут сложно обойтись. Женщина оказывается в прямой зависимости от мужчины, мужчина же в обратку склонен расценивать её чуть ли не как свою собственность. Подобно наёмному рабочему, вынужденному торговать собой (своей рабочей силой) ради добывания средств к существованию и находящегося в прямой зависимости от своего работодателя, женщина вынуждена торговать собой и зависеть от мужчин. Само собой, зачастую это не приносит женщине и сексуального удовлетворения: делить постель с нелюбимым, но обеспечивающим тебя мужчиной, - всё равно что гробить собственную жизнь на работе, которую ненавидишь. Кроме того, женщина вынуждена жертвовать собой, то есть собственной самореализацией и карьерой ради того чтобы обслуживать мужа и ребёнка, "посвящать себя семье", тратя на это годы и даже десятилетия. Но так ли нужна эта извечная женская жертва?
Повторяя идеи виднейших социалистов, занимающихся женским вопросом (Август Бебель, Инесса Арманд, Александра Коллонтай, Роза Люксембург), товарищ Годси утверждает, что только в социалистическом обществе создаются материальные условия для совершенно иного типа отношений, "основанных на любви и взаимной привязанности и не осквернённых соображениями стоимости, ценности и обмена".
Читатель мужского пола тут насмешливо спросит: неужели при социализме женщине больше не нужно вынашивать и рожать детей, а следовательно и на определённый период становиться зависимой от мужчины? Безусловно, социализм не добился освобождения женщины от репродуктивной функции (да и сам вопрос об этом, мягко говоря, дискуссионный), но он значительно облегчил нелёгкую женскую долю. Так, например, в результате Великой Октябрьской социалистической революции были предприняты важнейшие шаги в сторону решения женского вопроса: замена церковного венчания гражданскими церемониями и либерализация законов о разводе, легализация абортов, уравнивание в правах законных и незаконных детей, вовлечение женщин в рабочую силу с одновременной социализацией домашней работы, для чего создавались общественные прачечные, кафе и дома ребёнка. Вот что пишет товарищ Годси:
"Эмансипация женщин вдохновила идеологию практически всех социалистических стран. Франко-русская революционерка Инесса Арманд произнесла ставшая знаменитыми слова: "Если освобождение женщин немыслимо без коммунизма, то коммунизм немыслим без освобождения женщин". Хотя между странами наблюдались важные различия, и ни одна на практике не достигла полного равенства, эти государства действительно вложили огромные средства в образование и обучение женщин и их продвижение в профессии, где прежде господствовали мужчины. Понимая требования репродуктивной биологии, они также старались социализировать домашний труд и воспитание детей, создав сеть государственных яслей, детских садов, прачечных и кафе. Длительные декретные отпуска с сохранением рабочего места и льготы на детей позволили женщинам обрести по крайней мере подобие баланса между работой и семьёй. Более того, государственный социализм XX в. улучшил материальные условия миллионов женщин; материнская и младенческая смертность снизились, увеличилась продолжительность жизни, практически исчезла неграмотность.
<...>
Каждая страна следовала собственной политике, но в общем социалистические правительства уменьшили экономическую зависимость женщины от мужчины, сделав мужчин и женщин равноправными получателями услуг социалистического государства. Эти меры помогли отвязать любовь и интимные отношения от экономических соображений"
Современный человек, лишённый исторического видения, считает всё это чем-то само собой разумеющимся, но какое-то столетие с лишним назад ничего этого не было и в помине. Более того, некоторые несомненные достижения социалистического строя по части освобождения женщин появились при капитализме гораздо позднее. А некоторые достижения социализма в развитых странах отсутствуют даже сейчас:
"Неоплачиваемого декретного отпуска без сохранения содержания, гарантированного федеральным законом, американские женщины не имели до 1993 года. У нас до сих пор нет обязательного оплачиваемого декрета (опять-таки нет и обязательных оплачиваемых больничных)"
Безусловно, книга вызывает некоторые вопросы. Сам факт постановки вопроса об субъективных сексуальных переживаниях содержит в себе очевидную сложность: эмоциональные состояния людей изучать крайне трудно. В сущности, невозможно объективно доказать, что семейная жизнь при социализме чем-то превосходит семейную жизнь при капитализме в плане субъективных эмоциональных переживаний. Возможно ли говорить о наличии некоего общего эмоционального фона у населения кап. и соцстран? Тем не менее я, скорее, соглашусь с Годси. Вряд ли гарантия трудоустройства, бесплатное всеобщее образование и медицинские услуги, социальная мобильность и прочие ништяки социалистического устройства общества делали людей несчастными.
Вопросы вызывает и схема "общественное бытие определяет общественное сознание", которая в определённых случаях не работает, что признаёт и сама Годси. Так, например, в Румынии, формально являвшейся социалистической страной, положению женщин было не позавидовать:
"Румыния и Албания были ужасны в смысле репродуктивной свободы женщин: государство заставляло их иметь детей, ограничивая доступ к средствам контроля рождаемости, сексуальному образованию и абортам. Изначально разрешённые в Румынии, аборты были поставлены вне закона печально знаменитым декретом №770 от 1966 г. в попытке обратить вспять сокращение населения. В конце 1980-х гг. закон был ужесточён включением обязательных гинекологических обследований женщин репродуктивного возраста. Румынское государство, в сущности, национализировало тела женщин, и многие из них шли на опасные нелегальные аборты, что показано в блестящем фильме 2007 г. "4 месяца, 3 недели и 2 дня".
Тем не менее, стоит признать, в большинстве социалистических стран действительно были достигнуты значительные успехи по обеспечению гендерного равенства и экономической независимости женщин, которые особенно познаются в сравнении с откатом назад, случившимся после краха социалистического блока и повсеместного торжества неолиберальной модели экономики:
"Хотя государственный социализм имел свои недостатки, внезапное изменение положения восточноевропейских женщин после 1989 г. с очевидностью показывает, как быстро свободные рынки уничтожают потенциальную экономическую автономию женщин. В Центральной Европе, например, правительства после 1989 г. осуществляли целенаправленную политику "рефамилизации" в поддержку перехода от государственного социализма к неолиберальному капитализму. Государственные предприятия закрывались или продавались частным инвесторам, стремительно росла безработица. Слишком много работников конкурировало за слишком малое число рабочих мест. В то же время новые демократические государства сократили бюджетные расходы, урезав финансирование яслей и детских садов. Государственные детские дошкольные учреждения закрывались, а новые частные предприятия требовали существенной платы.
<...>
Эти шаги в совокупности выдавливали женщин обратно в дом. Без финансируемых государством детских дошкольных учреждений или хорошо оплачиваемых декретных отпусков в новом экономическом климате, где работодатели могли выбирать из большой армии безработных, многие женщины были выброшены с рынка труда."
Некоторые вопросы в книге не затронуты вовсе: например, проблема домашнего насилия, которая в нашем богоспасаемом Отечестве является довольно актуальной.
Но в общем и целом книгу "Почему у женщин при социализме секс лучше" я бы рекомендовал как интересное введение в социалистический феминизм. Лично я скептически отношусь к феминизму как самостоятельному учению, и классовую идентичность считаю более приоритетной, нежели идентичность гендерную, но вполне приязненно отношусь к феминизму, как к одному из аспектов социалистической идеологии. В конце концов, освобождение человечества от отчуждения, угнетения и эксплуатации подразумевает в том числе и освобождение женщин.
Свидетельство о публикации №120081304693