Сиреневый угар

«Где эта улица, где этот дом,
Где эта барышня, что я влюблен?»
 Мелодия и слова этой песни известна нам (поколению 1950-х ; 60-х годов рождения) по кинофильму «Юность Максима». С авторством неоднозначно, так как специалисты полагают, что песня эта известна в России с 19-го века.
В 1995 году вышли две уникальные программы, записанные на пластинки, одна из которых называлась «Кирпичики. Антология городского фольклора за 100 лет (1850-е — 1950-е)». Их автором является Наум Григорьевич Шафер, филолог и композитор. В своём исследовании Наум Григорьевич представил образцы музыкальной культуры нашей страны, городской фольклор, получивший широкое распространение среди купечества, ремесленников, студентов, рабочих. В частности, Шафер утверждает, что песня "Крутится, вертится" уходит корнями в середину 19-го века, указывая, что её прекрасно знал Михаил Иванович Глинка. Также и он уточняет, что песня была заметно длиннее тех двух куплетов, что исполнил Борис Чирков, и пелось там не про «шар», а про «шарф голубой», который является аллюзией на романс  «Шарф голубой» композитора Николая Алексеевича Титова и поэта Михаила Александровича Маркова. Этот романс появился аккурат в 1830 году. Автором песни "Крутится, вертится" он ставит Ф. К. Садовского, о котором, к сожалению, практически ничего не известно, кроме того, что он жил на рубеже веков и является автором знаменитой песни «Мой костёр» и ещё нескольких произведений.

Моё произведение навеяно этой песней.

Дачный поселок проснулся весной,
Неба лазурь пролилась надо мной.
Дачу в поселке снимал инженер,
Младшая дочь – воспитанья пример.
Красоты – редкой, народ говорит!
Как же узнать, где та дача стоит?

Полдень весенний согрелся теплом,
Благоухает сирень под окном.
Сладкий сиреневый льётся угар,
Крутится, вертится клёпаный шар.
Флюгер весеннюю песню поёт,
Милая барышня милого ждёт.
«Вот эта улица, вот этот дом,
Вот эта барышня, что я влюблён!»

В солнечный полдень, согретый теплом,
Шел я по улице в названный дом.
Там именины, там Ангела День.
Беседку от зноя укроет сирень.
Там, благородных исполнен манер,
Барышню в танце кружит кавалер!
«Крутится, вертится шарф голубой,
Крутится, вертится над головой,
Крутится, вертится, хочет упасть,
Кавалер барышню хочет украсть.»

Я говорил кавалеру тому:
Барышня эта моя! Никому
Я не позволю стоять на пути.
Я ведь мечтаю к венцу с ней пойти!
Вижу – в проеме тяжелых портьер
С барышней рядом стоит кавалер.
Соперник мой выбрал бой на ножах,
Как оказалось, боец он не ах…
Сталь благородная, нож «Solingen”*
С тяжкою раною слег кавалер.
Музыка смолкла, погасли огни,
В кронах сиреневых спят соловьи…
Видит мой Бог – я ведь, зла не держал,
Слово мужское я твёрдо сдержал.

* – Нож «Solingen”; Золинген — город клинков. Solingen, Германия, земля Северный Рейн-Вестфалия. Основан в VIII веке.
Расцвет промышленности Золингена приходит на XII-XIII века. В это время Золинген попадает под «опеку» госпитальеров из Мальтийского ордена. И благодаря «миссионерской» деятельности храмовников и высокому качеству продукции - мечи, ножи, бритвы и прочий режущий инструмент становится известен не только по всей Европе, но и за ее пределами. Оружие из Золингена - одно из самых ценных подношений на королевском уровне в те времена.
В 1805 году, после поражения в Аустерлицком сражении, Александр I организовывает «филиал Золингена» в Златоусте с переманиванием немецких кузнецов и оружейников за баснословные зарплаты.

/иллюстрации из интернета/