ненасытность говорения
поднося имущество к гирям.
сукно росло, облекалось в новые вихри.
сиделка пеклась по истокам,
приставала к ближайшим амплитудам.
горящие свечи притязали в удлинении,
потчевали, не горюя.
приблизительно в кавардаке
рубище отматывало веки.
пушок подгребал под почву,
родственность становилась
смешна в робких объятиях.
спелыми были эти обугленные вишни,
эти осколки мироздания.
по веткам их влекло,
в зыбкое ненастье,
в ненасытность говорения.
Свидетельство о публикации №120080306781