В лесу погибших праведников
Над Иудеей день восходит, проснулись черные дрозды,
Высвистывая звук мелодий на все возможные лады.
Рассветной музыкой полны, они поют самозабвенно,
И трель прозрачного рефрена не нарушает тишины.
В рассветных розах облака, a небо заревом объято,
Течет лазурная река по светозарным перекатам,
Прорезанная бороздами Обетованная парит,
На рыжей пахоте горит червонными пластами.
Цветёт в ветвях голубизне над каменистым перевалом,
Там птица часто горевала, и корабельная сосна,
Лишь только ветер хвою тронет, в ответ вершиной прошумит,
Слезу янтарную уронит, и снова тишина звенит.
Подножье Иудейских гор окутано густым туманом.
Но робкий голос птицы ранней звучит как светлый Соль-минор.
Он вьется по лесной дороге разливом песни заревой
В лесах печали и тревоги, где обрели земной покой,
Зазеленев на горных склонах, Деревья - души миллионов.
Когда Великая гроза в огне Моисею диктовала
Заветы древнего начала и Божий свет слепил глаза,
Над лабиринтами времён мы у подножия Синая
Стояли в страхе, получая Скрижалей каменных Закон.
В огромном мире одиноки, свидетели кромешной тьмы,
Ложась истории на строки, мы помним плахи и костры
Восходим к берегам Отчизны в лучах немеркнущей Зари,
Как завещали нам Пророки и венценосные Цари.
Свидетельство о публикации №120072702639