Город устал, дрожала тень от фонарей...

Город
            устал,
        дрожала
    тень
          от
      фонарей,
но не было
            больше
        им
    никакой
          веры;
Не выйти
            из
        прошлого
    из
          закрытых
      дверей,
где
            ныне
        тоскуют
    молчаливые
          скверы.

А когда-то
            пылала
        первая
    томная
          ночь,
плыла
            над
        вселенными
    звёздная
          нега;
Там
            всё
        плохое
    исчезало
          прочь,
припорошив
            след
        тонким
    слоем
          снега…

Закружилась
            карусель
        любви,
    вскружилась,
неземная
            страсть
        земных
    страстей;
И далёкая
            пора
        огней
    искрилась,
источаясь
            золотым
        сиянием
    свечей.

И казалось,
            не будет
        конца
    этому
          лету,
созвездиями
            роз
        осыпал
    я дорогу
          тебе;
Но кто-то
            прошёл
        по нашему
    следу,
играя
            фальцетом
        на медной
    трубе.

И ты – 
            поддалась,
        сгорая
    минутным
          порывом,
слетала
            с берёз,
        обнажая
    измены,
          листва;
остался
            один
        я жить
    теперь
          с этим
      надрывом,
того,
            что
        любовь
    оказалась
          слабей
      естества.

Загремели
            над
        далью
    небес
          осенние
      грозы,
как
            хотелось
        тогда
    всё
          и сразу
     – забыть;
Застывали
            на щеках
        кровавые
    слёзы,
оттого,
            что
    просто
    не хотелось
          жить.

Но увы,
            проходит
        всё,
    и эта
          боль
      прошла,
на душе
            моей
        заврачевав
    не
          заживляющие
      раны;
Дождями
        ливневыми
    с моей
          души
      она
    стекла,
оставив
            на эпохе
    отшлифованные
          грани.

Ну вот
            и выпал
        первый
    белый,
          белый
      снег,
как
            шёлк
        китайский,
    совсем
          чист,
И уплывал
            куда-то
        непонятно
    этот
          век,
перевернув
            в моей
        судьбе
    страницей
     – лист.

Город
            уснул,
        дрожала
    тень
          от
      фонарей,
но не было
            больше
        им
    прежней
          веры;
Не выйти
            из
        прошлого
    из
          закрытых
      дверей,
где
            ныне
        тоскуют
    молчаливые
          скверы.

А когда-то
            пылала
        первая
    томная
          ночь,
плыла
            над
        вселенными
    звёздная
          нега;
Там,
            где всё
        плохое
    исчезало
          прочь,
припорошив
            след
        тонким
    слоем
          снега…