Старый дом

Течет небесная вода,
Стучит по крышам, и снаружи
Шумит намокшая листва
И пузыри бегут по лужам.
Порывом ветра гнет стволы
Столетним елям и осинам,
Осиротевшие дворы,
Насквозь промокшая лощина.
И дом, как сгорбленный старик,
Смотрящий в лес пустой глазницей,
К ненастьям и дождям привык,
Скрипят устало половицы.
Покрытый трещиной фасад,
И мезонин плющом обвитый,
То дождь, то снег, то листопад,
Ступени шаткие разбиты.
Не слышен топот детских ног,
Не раздается смех в гостиной,
Травой зарос его порог,
В дождях серебряных седины.
Заброшен, безнадежно пуст,
Уж нет того, кто дом построил,
Лишь шум дождя, деревьев хруст,
Один остался поневоле.
Людьми заброшен и забыт,
Хозяев ждет, да те не ездят,
Как всеми брошенный старик,
Что надоел и неуместен.
У дома старого душа
Скрипит от ветра и страдает,
По стеклам капли, дребезжа,
Как слезы горькие стекают.
Он помнит, как гостей встречал,
Радушно отворяя двери,
Теперь лишь с каждым днем ветшал,
В судьбу проклятую не веря.
Еще немного, и падет
С ненастными дождями крыша,
И старый дом совсем умрет,
Но жив пока, хоть еле дышит.
И если б мог бы говорить, спросил:
«За что со мной так, люди?»
И ничего б не попросил,
Ведь юности другой не будет.
Ему бы в печь вязанку дров,
Бревном бы подпереть стропила,
И старый починить порог...,
Но беспощадны и унылы
Его последние года –
Заброшен, никому не нужен,
Течет небесная вода,
И пузыри бегут по лужам…