насвистанные ереси

намордник запел лимфоузлами кровотечения,
и спесь потекла по улицам ядреная,
потекло личное восвояси,
загрохотало кувырками в сегментах,
скукожилось отставными марионетками.

потекло в утварь,
потекло в стога. вспенилась малоимущая стенопись,
и лодырь, через катавасию обещанного,
поперхнулся ожидаемыми псами постельных
отверток. тут и краб пригвоздился к графам
отточенных тисков, тут флейта вонзилась в сирое
тело поэзии, в ее леденящие подушечки.
по кратерам забегало пришествие,
запрыгало по мелким норкам,
приравнивая к обещанному навостренные монетки.
присадилось к коням, к лепесткам строк,
к их навьюченным лабораториям.
поседело несущее в котомке нереста,
попутало оно серенады с троллейбусами воздвигнутых
теорем. заклокотало в пресной пище,
захлебываясь, затрещало
пузатым благочестием.
зашаталась раненая изгородь, и
в растворах расслабленных отчалили
писаные грозди,
насвистанные ереси,
пройденные клинописью,
дикими неотпетыми субботниками.