Ехали мы, ехали...

        Суматошный день подходил к концу. Сборы в дальнюю дорогу, наверное, всегда - волнительное действо. Каждый член семьи, а нас было четверо, сам собирал свои вещи в стопочку, затем всё предъявлялось на досмотр маме, и после её одобрения укладывалось в чемодан. Эта поездка была желанна, мы все её  ждали с нетерпением. Ничего не мешало осуществлению планов.

И вот, мы на вокзале. Перрон, поезда, суета, носильщики... Мне нравилась эта необыденность, означающая, что в моей жизни появились перемены.
Наконец, зашли в свой вагон. Вежливый проводник показал нам наши места. Разложили вещи. Перекусили.
Пассажиры продолжали заполнять пустое пространство. Кто-то пытался сесть рядом, но мы объясняли, что здесь места заняты. Только уходили одни, появлялись другие, мне тоже пришлось включаться и показывать людям где написаны номера мест.
Затем родители расположились снизу, а мы с младшим братом с удовольствием полезли наверх, на свои, параллельные друг другу, полки.

В моей душе царило ликование. Стоило представить конечный пункт нашего путешествия, как тепло нежной патокой разливалось в моей душе. Бывают же такие долгожданные поездки!
Прямого поезда не было, ехали через  станцию Ясиноватая. Мне ли в пятнадцатилетнем возрасте переживать о пересадке, пусть даже и длящейся половину суток!

Уставшая, я с истинным блаженством вытянулась на своём ложе.
Эх, хорошо-то как!
Братишка вскоре уснул, а я некоторое время просто лежала, переваривая в уме события дня. Подумалось о том, что, вероятно, там, куда мы едем, в августе ещё властвует лето. А, если так, значит, я успею вдоволь наплаваться в реке! Вспомнилось это замечательное место - слияние речек Солёной и Каменки, и милый, уютный городок Орджоникидзе, похожий на большой, ухоженный сад, в котором такие чистые улицы-дорожки, что кажется, их моют руками.
Наконец, под мерный стук колёс меня сморил крепкий сон.
Вагон спал.

Не знаю сколько прошло времени, но среди ночи я каким-то образом почувствовала рядом с собой еле уловимое шевеление и открыла глаза. Но всё сразу стихло, и я тут же опять уснула. Мне снилось, как я качаюсь на волнах той самой реки, к которой ехала...
Однако, вскоре что-то опять заставило меня проснуться. Я прислушалась, не мама ли поправляет мне одеяло, и, услышав лишь спокойно-знакомое тук-тук, тук-тук, тук-тук, опять провалилась в сон.
На мгновение, наяву или во сне, мне показалось, что я куда-то быстро уплываю. Но разум сразу затуманился, лень было двигаться и размышлять. Я собралась повернуться набок, и вдруг ...наткнулась, на какой-то предмет, напоминающий чужую руку... Сознание ко мне возвращалось, и было похоже, что я, действительно, плыву на волнах... Темнота не давала ничего разглядеть.
И тут же в лицо пахнуло прохладным, невагонным воздухом.
В эту секунду я проснулась окончательно. Ужас охватил меня, когда рядом с ухом я услышала чужие мужские, приглушённые голоса...
Поезд стоял.

У меня из горла вырвался истошный крик:
- Ма-ма-а-а-а-а!
В ту же минуту я упала.
Послышались крики, топот, шум.
И где-то рядом мамин голос сказал-прорыдал:
- Доченька!
Включился свет, и я обнаружила себя рядом со ступеньками у внешней двери вагона. Меня всю трясло.
Толком ещё не понимая что произошло, полная страха, я увидела плачущую маму.  Рядом, бесформенной кучей, неуместно громоздился матрас. Меня подняли, поезд тронулся, и мы пошли к себе. Отец пытался выяснить у проводника обстоятельства происшествия, и ждал от него ответа на вопрос о том, как он мог бездействовать, видя происходящее,  но тот, едва высунув нос через свою, чуть приоткрытую дверь, довольно, на этот раз, не вежливо ответил, что здесь он ни при чём, ничего не знает и ничего не слышал и, добавив, "радуйтесь, что дочка с вами", закрылся на ключ изнутри. 
 
Оказалось, что на одном из разъездов, на котором поезд стоит ровно одну минуту, глубокой ночью меня пытались похитить неизвестные люди. Они стянули меня с полки вместе с матрасом и несли на руках к выходу. Как же крепок сон в юности... Вот они волны, на которых, казалось, я покачивалась... Если бы не мой громкий крик, не представляю что бы было дальше и где бы меня искали мои бедные родители...
Некоторые пассажиры проснулись. Кто понял, запаниковал, а кто не понял ничего, недоумевал, отчего вагон не спит. Но постепенно всё утихомирилось, и люди опять улеглись.
Папа ушёл на мою верхнюю полку, а я прилегла на его место. Мама сидела рядом и ложиться не хотела.
Искать злоумышленников мы не стали. Это было непросто, ведь билеты на поезд раньше продавались без предъявления паспорта.
Дальше мы ехали благополучно, если не считать, что от пережитого стресса, пропал и сон, и аппетит, и весёлое настроение.

До этого случая, раньше, я слышала рассказы о том, что, бывает, в той местности парни крадут приглянувшихся девушек. Только похищение давало возможность обладать ими, так как зачастую у девушек были другие жизненные планы, и они не согласились бы "по-хорошему" выйти замуж именно за этих парней.  Поэтому "кража" совершалась не чисто символически, как иногда, видимо, тоже случается по разным причинам, а вполне серьёзно. Найти свою дочь родители потом практически не могли, так как увозили её далеко от посторонних глаз, убийства не было, она просто становилась чьей-то женой, рожала детей и вела затворнический образ жизни за высоким каменным забором.
Не ставлю целью вдаваться в подробности причин подобных диких поступков, а, вернее, преступлений.
Очень надеюсь, что такое в наше время невозможно.