Дедушке
Напомнили мне больше, чем его тело
Мертвое с запахом,
будто он и не жил.
Детство в вещах, а не в людях.
Поэтому свалки, это чье-то мертвое прошлое.
А кладбища, это склад гамет.
Пошлое место, куда мы относим скорбь.
Две табуретки, я на них сидел, ставил портфель.
Смотрел телевизор, делал уроки, пил и ел.
Однажды и им конец. Два изломанных, старых предмета мебели.
Уютный трон для подростка. И колонны что держат до погребения.
Тело моего мертвого деда.
Бабушка плакала и кричала, не понимая, что смерть это качество.
Качество для вещей и тел.
Я не хотел,
но плакал, потому что так надо.
Сквозь слезы.
Внимательно изучая лицо мертвого предка.
Две табуретки под гробом, с красной как розы.
Обивкой.
Казались мне совсем другими вещами.
Никак не связанными со мной и детством.
Будто бы не они те самые табуретки.
На которых шнурки я завязывал так, как учил меня еще не умерший дед.
Смерть это качество, а прошлое не в живых, а в вещах.
Которые так же уходят, на свои свалки.
Которые так же меркнут в памяти. Оставаясь там тем, чем стали.
Как например эти две табуретки,
Или тело моего мертвого деда на них.
Свидетельство о публикации №120070802727