Дневник деда Николая. Эпилог

Дорогой друг, в заключение хочу поделиться последними событиями моей жизни. В тяжелый час принялся я за это послание. Ты верно читал в дневнике о страшних предчувствиях, посетивших меня накануне великой войны.

Вскоре после тех событий тяжело заболела Ирина, моя ненаглядная жена. Врачи признали болезнь почек, но помочь оказались не в силах. Мы решили, что пришло время и нам  попытать счастья и найти специалистов в Европе. В июле четырнадцатого года я отправился в Бельгию, чтобы подыскать жилье поблизости от клиники профессора Ульера, знаменитого успехами в нефрологии. Длительное путешествие было опасно для Ирины, и мы решили, что я поеду один, с тем, чтобы договорившись обо всем, вернуться и забрать ее с собой.

Но тут грянула война. Немцы вторглись в нейтральную Бельгию и я очутился в захваченной врагом стране. Мы оказались отрезаны друг от друга. Не дождавшись меня, Ирина умерла зимой пятнадцатого года. Убийственное письмо догнало меня в Италии, куда я пробрался через Германию и Швейцарию, и где застрял, пережидая бои в турецких проливах.

Жизнь кончилась. Так я стал изгнанником, а нынче и убийцей.
Этим летом мне наконец удалось получить визу в Россию, и я приехал под видом шотландского ученого-натуралиста Никласа Гордона. Целью поездки указал изучение лекарственных трав центральной России. Прочитав обязательную лекцию в клинике на Девичьем Поле, я поездом доехал до Петухов, а оттуда, наняв подводу, к ночи успел в Продувное.

Мне предстало ужасное зрелище: разграбленная могила Ирины, сожженная Апраксина церковь. В темноте, не встретив никого из деревенских, я задними  тропами пробрался в усадьбу. Дом был разорен, все украдено, сняты были даже наличники с окон. К счастью, добрые крестьяне не нашли тайника.

И тут при полной луне я нос к носу столкнулся с нашим бывшим конюхом пропойцей Павлом. Видел бы ты, какая радость исказила его пьяную морду. - А-а, барин - заорал он. - Проведать нас приехал, ну так я тебя встречу. - С этими словами он извлек из голенища длинный сапожный нож. Убогий дурак не ведал, что я основательно подготовился ко всяким неприятностям, и при  мне было страшное оружие  амазонских дикарей, метательная трубка со стрелами, напитанными ядом кураре. Холодная злоба обдала меня ледяной волной, не раздумывая, я набрал в легкие воздух, поднес трубку ко рту и беззвучно выстрелил. При свете луны не было видно, куда попала стрела, но действие яда сказалось мгновенно. Павел будто наткнулся на стену, деревянно расставил сведенные судорогой руки, лицо его собралось в страшную гримасу, глаза вылезли из орбит. Ужасная агония волной прокатилась по его телу, и спустя минуту он был мертв. А мне вновь пришло время бежать. Пишу это письмо, чтобы оставить его в тайнике и сразу же двинуться в путь.

Дорогой потомок, я навсегда покидаю Россию. Думаю, что ты сможешь найти меня в Шотландии, в окрестностях Эдинбурга, где я недавно обосновался и намерен провести остаток дней. Тебе же, мой друг, желаю найти свое счастье, и главное, сберечь его, не расплескать несчастным хмурым днем, что случаются в жизни каждого порядочного человека.

Твой Николай Гордон

Апреля 15 дня, года 1921 от Р.Х.

Полная версия романа Петенька https://proza.ru/2014/09/19/421


Рецензии