Картезианец

Попугай, попугай, попугай еще...
Дождь июньский свалился ошпаренный.
Расшумелся, грешок за товарищем,
Я донат, чуть шартрезом ужаленный.

Одиноко - монахом на острове,
Сонм цикад и молитва избитая.
Фрески тают амурные в золоте,
Синева Рафаэлем разлитая.

Не колышат ветра кедры, кактусы,
Век каляные, верные стоики.
Я добавил в коктейль еще градусы,
Заиграли Паленовым дворики.

Как-то солнце прибавилось мятою,
Звуки, краски сфумато рассеянно.
Соловьиные трели наградою,
Песнь песней шепчу я потерянно.

Фимиамом душа услаждается,
Растворяюсь Адонисом в радуге,
Аромат макадамии зарится,
Словно ангел берет меня за руки...

С миррой горлица милая, тихая,
Мне царицы и вороны побоку,
Анемонами ложе увитое,
"Нет порока в тебе"- слава Господу!

В кипарисо-шафрановом празднестве,
Позабыл я Московии бренности.
На дорогу презент от красавицы,
Корешок мандрагоры для верности!

Я  в дурмане от зелья-работает,
То ли лай, то ли звон колокольчика...
Открываю глаза, столу штопает,
Свет-МАРИЯ, из сна алкоголика!

Попугай, попугай, попугай еще...
Дождь июньский свалился ошпаренный.
Расшумелся, грешок за товарищем,
Я донат, чуть шартрезом ужаленный!