Русская рулетка

Это в жизни бывает редко,
Но возможен и наш черёд.
У России судьба – рулетка,
Неизвестно, как повернёт.

То ли выживешь с нею вместе,
То ли свалишься, не дыша.
Оба выхода – дело чести,
Тем Россия и хороша!

Метит кровью моя держава
Золотое шитьё погон,
Офицерские честь и слава
Век от века идут на кон.

Рвутся нервы, белеют лица,
И опять выкликает рок:
– Ставки сделаны! Кто решится
На три счёта спустить курок?
 ______________
 * Иллюстрация:
    натюрморт Николая Мазура.
   
Это стихи 1991 года, давние. Но как–то они подходят и ко дню нынешнему, и к минувшим временам. Вообще, с ними вот какая история. Стихи, насколько помню, появились почти мгновенно и сразу после событий августа 1991–го (я словно бы кожей ощущал близкий октябрь 93–го), но в то время меня уже всего захватила Белая Россия, я спал и видел юнкеров на стенах Кремля, уходящие по степи колонны в Ледяном походе... В 1993–м, уже заканчивая Литинститут, я включил их в свою первую тоненькую книжку, которую так и назвал "Русская рулетка", и имел дерзость подарить её одному из ведущих профессоров альма–матер Николаю Стефановичу Буханцову. Тот повертел сборник в руках, положил в портфель... А встретив меня случайно перед защитой диплома, вдруг сказал: "А знаете... Я про вас напишу, наверное. В журнал напишу, вот чуть разберусь с делами". Я был страшно рад и горд. Про меня никто ещё ничего и нигде не писал, а тут – сам Буханцов... Нет, никакой статьи так и не появилось. Николай Стефанович вскоре умер. У меня же остался его отзыв на мою дипломную работу – на эту вот книжку "Русская рулетка" (она и была дипломом), и там центральное место занимает разбор одноимённого стихотворения. Я не знаю, почему оно понравилось Николаю Стефановичу, блестящему знатоку Русской и мировой литературы. Но я знаю, почему оно понравилось моему отцу, отставному военному и совсем не любителю поэзии. Он тоже давно уже умер. А когда–то, прочитав мой первый сборник, он щёлкнул пальцем по странице со стихом и сказал "Это, в общем–то, про всех нас...". Мне дороги эти слова.