Монотеизм и Сын Божий - в работе

Говорят, есть эпоха допрововая и эпоха дополитическая. Эпоха доправовая — это такое интересное время, когда все правовые и имущественные вопросы решались с помощью магов, жрецов и «святых писаний». Законы шариата как раз родом из той эпохи. А эпоха «дополитическая» - это времена, когда не было ни партий, ни парламентов, ни политических идеологий, а существовали только приводящие к переворотам интриги в самом узком кругу единомышленников, а также привилегии, обусловленные социальным статусом и (или) всевозможными «святыми писаниями». В сущности, эти эпохи представляют собой как бы две стороны одной исторической медали, но они не тождественны и вовсе не подменяют одна другую. В основе доправового мышления лежат одни общественные правила и принципы, а в основе мышления дополитического — совсем другие. Но что у них общего, раз так?

Святые писания.

1.

Египетская Книга Тота, христианская Библия, Тора, Махабхарата, Веда и Авеста — вот самый неполный перечень «святых писаний», которыми пользовалось человечество на протяжении тысячелетий, а нередко пользуется и в наше время. Их влияние на историю человечества сложно переоценить. Ведь именно они медленно, век за веком, формировали культуру современного мира и его цивилизационную основу, именно они медленно формировали условия для перехода к правовой и политической системам нашей с вами современности. Но что такое в данном случае культура и цивилизация? В науке давно идет спор о том, что понимать под этими определениями. Одни разумеют под ними некий третий этап развития человечества (после первобытного варварства и эпохи всеобщей доправовой «тьмы» и дополитического «хамства»), а другие – определённый уровень развития, подразумевая, что люди обязаны своим путём, то есть «своим умом» превзойти своих «тёмных» предков; третьи рассматривают культуру и цивилизацию как простой совокупный продукт только материальной культуры человечества во всех её разновидностях и более ничего. Типа, а оно само всё получилось - всё решила «невидимая рука рынка». Что ж, в последнем случае мы наблюдаем явное присутствие Бога в самом его метафорическом изображении. Или Дьявола, если считать его истинным «синонимом случая» (а без «случая» в нашем с вами случае уж никак не обошлось). Но откуда он вообще взялся, этот вечный в сравнении с нами потусторонний «субъект-объектыч», так зримо влияющий на развитие всей человеческой культуры и цивилизации, как ты к ним не подходи и как не относись?!? Продуктом ЧЕГО является невидимый Господь Бог, он же его бледное величество Дьявол, как главный антипод всего социального?!? И ведь он же, судя по всему, является автором всех существующих на земле «святых писаний», не так ли? С него начиналось формирование правового и политического сознания, которым все мы обладаем по праву рождения, и с его смертью оно должно, по идее, закончиться, после чего всё прогрессивное человечество станет не иначе как сверх-человечеством и смело воспарит в небеса … это следует из простой логики, не более того, и люди, как вы понимаете, так никуда по сей день никуда не воспарили, и даже, наоборот, продолжают ходить по тверди.

Так откуда он взялся, автор всех Святых писаний?!?

Конечно, мы его сами придумали.

Люди всегда хотели узнать, кто сотворил этот мир в общем, и каждого из людей в отдельности. Ну, с миром — всё понятно. Мир — это загадка, частью которой является любой из нас! Но что такое «любой из нас»? Вы посмотрите, пожалуйста, на себя: ведь каждый из нас — это такое существо, которое находится в крайне несовершенной физиологической оболочке, и оно выглядывает из неё с жалкой мелкоэгоистической надеждой, что всё происходящее — очень временно, что это — не может быть навсегда, и вообще всё это - глупая ошибка, которая мешает человеческому существу «встать на ноги» и воспарить или, допустим, «сесть в кресло».

В общем, это такой «недо-бред пит», который всем нутром завидует настоящему «Бреду Питу» из всем известной песни «Мальчик-красавчик» певицы Ёлки, - мальчик, но совсем не красавчик. Даже вовсе никакой не красавчик — он не только пьёт и курит, но также испытывает смутные влечения к чему-то, что кажется ему совершенным. Например, к мальчику-красавчику. А тот, в свою очередь, роняет слюньки на что-то ещё более высшее, чем он сам с его кепкой и «Феррари». А там, в свою очередь, есть ещё кто-то высший и совершенный, который тоже думает, что чья-то жизнь более прекрасна, чем его собственная.

Вот так все мы материально и эгоистически приближаемся к той непостижимой тайне, которая называется Высшее существо. Проще сказать — к Господу Богу. К тому существу, которое никогда и никому не завидует. И человечество всегда шло этой дорогой. Не надо, пожалуйста, думать, что всё замечательное на белом свете начинается с артистки, выступающей под псевдонимом Ёлка. Она всего лишь озвучивает стремление человечества к недостижимому совершенству и является как бы символом его. А кому-то она и вовсе представляется Высшим существом — не так ли? Однако не с «ёлок» начинался этот долгий путь вверх, к полноте бытия и к обладанию совершенством. Во все времена бытие и совершенство ассоциировались с чем-то таким, что дорого самому простому повседневному человеку, - с красивой и плодовитой женой, с сильным конём и острым оружием, с успехом и достатком, и по этой причине самым первым божеством на земле стала … корова. В древней Мессопотамии рядом со святилищами находился загон для скота. Геродот так описывал храм Мардука в городе Вавилоне:

«Там стоит большое убранное ложе, и рядом с ним — золотой стол. Никакого изображения там нет, и ни один человек не проводит там ночь, за исключением одной женщины, которую по словам халдеев, жрецов этого бога, бог выбирает себе из многих местных женщин. Эти жрецы утверждают, что сам великий Мардук иногда посещает храм и проводит ночь с нею на храмовом ложе».

Как видите, представление о сексе как об элементарном соитии с неким Высшим существом органически связано с представлением о совершенстве и жизненном успехе. Например, в существовавшей много позже древней Вавилонии и в царстве Селевкидов проводили ритуально-символические свадьбы жрецов с богинями и богом со жрицами, притом многочисленные божества Мессапотамии, имена которых здесь, в сущности, не важны, нередко представляются в виде антропоморфных существ, нередко тоже рогатых, как коровы!

У древних египтян крупный рогатый скот воспринимался ещё ближе, чем у вавилонян — ну, просто, как родной и даже в чём-то единокровный! Великая сельскохозяйственная держава древнего мира, которая назвалась на самом деле Кеми (K;;;), а не Египет, просто не могла воспринимать корову как-то иначе. Во-первых, корова давала треть ВВП древнего Египта, а, во-вторых, она отождествлялась с целым рядом рогатых божеств — с Бухисом, «великим сыном небесной коровы Нут», от имени которого и появилось слово «бык», золотым быком Аписом и чёрным быком Мневисом, одним из «обликов» солнечного бога Ра. Образ быка или коровы свободно принимал и великий Осирис, когда ему это было нужно. Что касается богини Хатор, очаровательной богини плодородия (в том числе мужского и женского), то она была просто корова-богиня — безо всяких прикрас! Существовали и вовсе удивительные культы, нашедшие своё отражение в чужих культурах — и прежде всего в Микенской культуре Древней Греции. Как нетрудно догадаться, речь идёт о «высшем существе» Минотавре, сыне быка и земной женщины. Его египетским другом и почти «однороговником» — только не рогатым! — мог бы стать красавец Серапис, сын быка Аписа и той же весьма многодетной и занятой богини Нут. Он же был по совместительству Зевсом очень позднего эллинистического Египта и почитался, главным образом, в правление династии Лагидов. Вообще же, это исключительно элегантное божество, благодаря которому был основан город Александрия, прибыло в Египет из древней Вавилонии и привезли его не очень верующие в коров македоняне царя Александра.

В Древней Греции и Македонии список Высших существ никогда не ограничивался только «рогатыми» и «копытными», но и здесь без них никак не обошлось. У микенцев (до 15000 год до н.э.) его величество Бык изображался буквально везде — на фресках, на горшках, на спинах воинов и так далее. Особенно хороши сцены микенской «корриды» на бешено мчащихся быках с участием многочисленных циркачей-акробатов. Их открытие англичанином Артуром Эвансом в самом начале 20-ого века затмило даже троянские клады Шлимана. Вообще же, Минойская цивилизация не менее очаровательна, чем Серапис, имя которого в сегодняшнем мире более всего ассоциируется с крейсерами британского флота.

Кстати, миф о человекобыке Минотавре можно считать только мифом, хоть и довольно правдоподобным. Да, в Кносском дворце был найден некий странный лабиринт, однако это само по себе ни о чём не говорит. Культ микенских богов отличался дикой кровожадностью. Например, во дворце царя Миноса был найден целый зал, заставленный целыми «батареями» больших сосудов (хорошо, что не пустых бутылок), и в каждом из них Артур Эванс обнаружил части детских скелетов. Вот они, те самые семь эллинских юношей и семь девушек, только помноженные на ещё тридцать семь таких же, как они, и возведённые в неизвестную нам степень! Вот они! А ещё на острове Крите есть гора Ида, на которой родился и возмужал Зевс. Так вот, есть мнение, что в годы существования Микенской цивилизации она называлась Олимпом, и там обитали ахейский бог Диво (никак не аналогичный Зевсу, хотя два мифа явно пересекаются) и его супруга богиня плодородия Дивена. У этой божественной пары был сынок — некто Дивонис, то есть «тот самый» бог плодородия Дионос, с которого начиналось очень многое в истории современных монотеистических религий. Вообще-то, у него было много мест рождения, но гора Ида считается самым первым географическим пунктом, упоминаемым в источниках, и именно он считался почти единственным из богов, равных Зевсу. А в чём-то он даже с ним отождествлялся.

Итак, история такая: у богини смерти Артемиды был брат-близнец Апполон (здесь мы закономерно погружаемся в греко-римский миф, относительно далёкий от микенского), и после того, как он как-то раз героически победил в поединке дракона, его единственным врагом стал юный Дионис, самый прекрасный в пантеоне эллинистических божеств. И вот тут Дионису пришлось уступить и удалиться в странствие. Он воспитывался где-то на Востоке, даже посетил Индию, в которой в то время жили тёмные люди, почитавшие только цветы и растения. Но Дионис повлиял на умы и сердца древних индийцев и стал прототипом бога Шивы, а именно Шивой-Пашупанти, покровителем скота. В доарийской Хараппской цивилизации не было богов важнее, чем Шива-Пашупанти, а в последствие он без остатка растворился во множестве лиц и имён, значительно пополнив пантеон индийских божеств. А покровителем домашнего скота и вообще живой природы стал темнокожий пастушок-младенец Кришна, одно из воплощений другого бога - всепроникающего Вишну, и автор одного из самых древних известных нам «святых писаний» - «Пхагаватгиты». Надо сказать, что у современного кришнаитства и древнего культа Кришны не так уж и много общего, а некоторые теологи вообще воспринимают современный монотеистический кришнаизм как одну из форм издевательства над индийской религиозной традицией.

Можно ещё упомянуть с десяток других «скотьих богов», однако, как говорил один из классиков, «идолы плохи не веществом, а первообразом». Всякая тварь — неидеальна и постижима, а бог должен быть идеальным и непостижимым, правильно? Он должен быть Высшим существом, но … обязан служить людям! А иначе как человек сможет приблизиться к своему идеальному образу, если божество заботится, по существу, только о «хочу пожрать» - в смысле о быках и коровах? Примерно в этот момент человечество стало вырабатывать вторую и даже третью концепции устройства Высшего существа. По академику Лосеву (а оно так и было!), люди стали отказываться от тотемизма, когда пришли к выводу, что «идея есть самая подлинная характеристика самого бога», причём это свойство — вполне познаваемо простыми смертными. В результате этой внутренней революции боги и коровы разошлись в разные стороны (то есть произошло разделение на «энергию и сущность»), а в отношении прекрасных богов был принят почти абсолютный апофатизм — то есть радикальное отрицание всех божественных свойств, не исключая и бытия. Интересная находка, не так ли? Нечто похожее на атеизм. Из этого явления стал формироваться древний зароостризм в его практическом виде, и во множестве стран (прежде всего Востока) победило примитивное и малокультурное огнепоклонничество. В других странах — прежде всего европейских - божьего бытия никто не отрицал — а как его отрицать, раз уже существует огромный пантеон бессмертных богов?!? - и там окончательно укоренились божества микенского происхождения. Они стали заботливыми и человекоподобными. Всех «рогатых» боги оставили на родном острове Крит, а потом записали в категорию нечистых покровителей живой природы — так образовались всякие Фавны и Сатиры. В Риме и в Древней Греции началась эпоха абсолютно интеллектуального осмысления природы Высшего существа — мифологического, а затем и философского.

2.

Что такое нормальный древнегреческий миф? Кому-то покажется, что это такая бесконечная «мыльная опера», в главных ролях которой снимались некто Зевс, Аполлон, Дионис и все прочие граждане с Олимпа. Ну, это — так, если воспринимать миф именно как «мыльную оперу». В конце концов, в древнегреческих мифах есть некое сочинённое начало, поэтому можно предполагать, что у них был некий вполне определённый автор или авторы. Но эти «сказки» Древней Греции были одновременно и религиозными текстами, так ведь? И люди воспринимали их вполне серьёзно. Конечно, всякий миф не есть религиозное мышление в чистом виде, и ожидать от подобной религии особого «экстатизма» не стоит, да и не бывало там его никогда, но полностью игнорировать её не стоит тоже. В конце концов, любителей «мыльных опер» куда больше, чем мистиков с нездоровым поведением, а самая главная черта что религии, что мифологии — это стремление к самоутверждению личности. Ведь в мифе всякая личность имеет своё происхождение, неповторимое лицо и даже историю, притом она утверждает себя в качестве идеального Высшего существа. Ну, разве не об этом мечтает какой-нибудь запуганный жизнью пастух, которого даже собаки не слушаются?!?

А, во-вторых! Как писал академик Лосев, «судьба высшего есть судьба души, а судьба души есть судьба тела». Таким образом, без живого тела и мифа не будет, и религия не получится. Но возможен ли миф без религии? … Это такой вопрос, на который может ответить только художник или писатель — нет, в таком виде миф не возможен! Всякое талантливое произведение несёт на себе два живых отпечатка — божественный и личности автора. В конце концов, всякая яркая и талантливая жизнь — это тоже миф, но разве она возможна без какого-либо вмешательства Высшего существа?!? Нет, так не бывает. В жизни бывает, что и Господу Богу приходится отступать перед чьим-то рогатым хамством или плохо скроенной конъектурой, но даже и это обстоятельство совсем не исключает дальнейшего участия Высшего существа в чьих-то делах. Значит, оно всё-таки есть, это Высшее существо?

А как же! Есть. И оно очень близко людям. Отсюда и мифы.

Однако миф — это вовсе не доклад о деяниях Господа Бога и, тем более, не церковный догмат. Это — некое возвышенное знание, адаптированное к самому простому пониманию; этакая вера в свою Высшую сущность, - может, внешнюю, а, может, и внутреннюю. И, если человек отождествлял себя с Высшей сущностью, то ему предлагалось посвятить ему себя без всякого остатка. Например, в той же Вавилонии во 2-ом тысячелетии до н.э. существовали «личные боги», называемые «илу», которые непосредственно занимались личными успехами и свершениями гражданина: человек считался сыном этого бога в самом прямом смысле этого слова и прямо отождествлялся с физиологическим отцом гражданина. Правда, в отдельных случаях это был как бы «демон», а не бог (помните сюжет романа «Изгоняющий дьявола» Уильяма Питера Блетти?), и он мог внезапно появиться там, где его не ждали, но и это не совсем проблема. Высшее существо на то и «высшее», чтоб хорошо знать, каким ему быть и как вести себя с роднёй своего «носителя». Однако же Высшее существо (даже оно настоящий демон!) нередко было носителем не только отцовского, но и родового начала (или проклятия?) и ему писали такие, вот, письма:

«Богу, отцу моему, скажи!

Говорит Апиль-Адад, твой раб: что же ты мною пренебрегаешь? Кто тебе даст другого такого, как я?!? Да увижу я твой лик … и на семью мою, на больших и малых взгляни! Ради них пожалей меня. Помощь твоя пусть меня достигнет!»

И так далее!

Древние вавилоняне просили у «личного бога» денег, талантов, успеха, плодородия, и даже внимания высшего бога Мардука. А как это же выглядело в Древней Греции? Примерно так же. В конце концов, мы же не знаем, каков потенциал того запуганного работодателем пастуха, от которого разбежались все собаки. А, может, он - писатель и философ, и только по вине чёрта рогатого родился среди овец и баранов? Может, его окружают люди, воспринимающие весь сущий мир, как одну сплошную грандиозную выпасную скотину, которую можно только стричь и резать, а любить совсем не обязательно?!? А возвышенное знание сообщает несчастному пастуху, что это — совсем не так, и что даже у скотины есть совесть. И именно так! Скотина-то, в отличие от охамевших и обожравшихся хозяйских собак, никуда не убегает и, наоборот, дисциплинированно ходит стадом, как ей, собственно, и велел «скотий бог» Пан, спутник великого Диониса. А Дионис — добр к пастухам и всегда заступается за них перед олимпийскими богами. Надо приносить ему небольшие жертвы и всегда свято верить в него. И тогда велик шанс, что он придёт сам, и даже поможет простому пастуху избраться в жрецы своего прекрасного культа. Если весь мир произошёл от найденного под деревом мирового яйца, как это утверждает Эпименид (и как это декларировали индоарии), то кто может запретить простому и набожному пастуху стать жрецом культа Диониса?!? Да никто! А любое птичье яйцо, и, тем более, лебединое, если его старательно раскрасить, становится сакральным символом, не так ли? А — какой пастух не оберегал лебедей и не участвовал в шествия и мистериях во славу богов?!? Таким образом, если ты не забываешь своих богов, то боги вряд ли уж забудут о тебе.

И пастух помещал хозяйских овец в загоны и направлялся в город Элевсин, что рядом с Афинами, чтобы снова участвовать в тайных мистериях. Что за Элевсин? Сейчас этот небольшой город зовётся Элевсисом, но, как и много тысяч лет назад (а это старейший город в Греции), он является одним из сельскохозяйственных центров греческого государства. Примерно за 1500 лет до н.э.  Элевсин стал общепризнанным обрядовым центром Древней Греции, притом зарождение этой традиции неизменно связывают с появлением в тех местах эмигрантов с Крита — минойцев, только что переживших землетрясение и поэтому вынужденных искать себе тёплое место. Но проводились мистерии в феврале и в сентябре, то есть не в самое тёплое время. У этого обстоятельства есть определённые причины, прекрасно отражённые в древнегреческой мифологии. В религиозном плане мистерии представляли собой как бы начало перехода участников (мистов) в мир иной. Начиналось всё в пригороде Афин — в Фалероне. Сначала туда привозили из Элевсина статую Диониса. Потом звучал призыв жреца - «К морю, мисты!» Таким образом, происходил как бы обряд очищения водой, притом каждый из участников брал с собой поросёнка — для контраста, что ли? Потом его (грязного поросёнка!) приносили в жертву. Таким образом каждый мист-участник как бы приносил себя самого в жертву богам. А после этого начиналось нечто вроде похоронного шествия — в город Элевсин. Впереди везли статую Диониса, сзади шествовали отвечавшие за действо жрецы-иерофанты в белых одеждах, ещё дальше — немногочисленные кандидаты на жреческую должность, среди которых было немало простых пастухов и вообще людей, имеющих отношение к сельскому хозяйству. Ночью все мисты несли свечи, а кандидаты в жрецы вооружались факелами. После перехода через реку Кефис все они условно попадали в этакий «предбанник смерти» - в царство мифического бога-цветка Крокуса, из-за которого некогда потеряла жизнь дочь Деметры богиня Кора: она сорвала цветок Крокус, поэтому бог Аид схватил её и утащил под землю, где  заставил стать его женой. Кора очень противилась насилию Аида, но под землёй ей довелось отведать «запретный плод» граната и она потеряла своё бессмертие. Деметра потребовала вернуть Кору, но было поздно. Поэтому на совете богов порешили так: с февраля по сентябрь пускай Кора гуляет по земле, приводя всё в цветение и рождению плодов, но остальное время она обязана пребывать в царстве мёртвых - возле супруга. И, поскольку Кора и Деметра являлись покровителями сельского хозяйства, то без пастухов там уж никак не обходилось. А статую Диониса пастухи с радостью несли впереди процессии, как наиболее близкого и человечного из олимпийских богов — буквально «он один из нас!»

Чем ближе становился финал религиозного мероприятия, тем злее становились жрецы. Кого-то из мистов могли публично обвинить в преступлениях, реальных или даже вымышленных, и со скандалом прогнать прочь, а всех «молодых» участников (по такому случаю одетых во всё чёрное) громко проклинали и делали вид, что готовятся их умертвить. Вот тут все недостаточно опытные участники шествия старались побыстрее «сделать ноги», чтобы на следующий год, а если понадобится, ещё через год снова принять участие в мероприятии — теперь уже на положении «опытных» мистов, годных к посвящению во все тайны элевсинской мистерии.

А потом все оставшиеся участники надевали повязки шафранного цвета и символически перешагивали через рубеж, отделявший среду первотворения — Рету! - от реального мира. Впереди был только Элевсин, куда все опытные мисты-участники приходили как бы «никакими» - то есть то ли совсем мёртвыми, то ли вообще ещё не родившимися. Но самое страшное только предстояло. Далее все участники шествия пили напиток Деметры кикеон (;;;;;;) — некрепкое вино с ячменём, сыром и сухим грибом псилоцибе. Что это за гриб? А тот самый, который так любили жители доколумбовой Америки. Он произрастает по всему миру. Гриб этот с виду ничем не выделяется. Разве только на вид шибко поган и растёт на болотах. Но он содержит почти одноимённый алколоид и является значительным психоактиватором, приводящим к переходу в изменённое состояние. Токсичным он не является. Привыкания к нему не бывает, но все, кто пробовал этот гриб (и пробует сейчас) говорили, что они пережили под его воздействием некое «озарение», буквально «пробуждение творческих сил и состояний» (говоря языком настоящих хиппи) и экстатическое переживание, называемое у буддистов «сатори» - «реки становятся горами, а горы становятся реками». Но самое интересное, что этот не во всём полезный гриб псилоцибе относится к тому же порядку агариковых, к которым относятся почти все съедобные грибы на нашей планете, - то есть, кушайте на здоровье, дорогие друзья, и тогда ваши реки тоже польются в горы, а горы дружно свалятся в реки. Только не забудьте, пожалуйста, погасить в комнатке свет и включить какой-нибудь психоделический транс или эмбиент — например, записи «Shpongle». Или продолжительный концерт «Enigma», а то и великой и ужасной группы «Tangerine dream» - а лучше собственную «домашнюю» подборку на пару часов свободного времени. Музыка поможет немножко «полетать» в своём изменённом мире, а потом благополучно вернуться обратно.

Без последствий.

А что происходило после почти четырёхчасовой мистерии культа Диониса, догадаться весьма нетрудно. Тут, наверное, и простому пастуху было не выдержать таких глубоких пси-переживаний. А для некоторых мистов знакомство с первородной стихией заканчивалось временным повреждением самосознания, а то и вовсе приступами паранойи. Здесь всё зависит от личной переносимости. На обратном пути участники мистерии шумно ругались и вспоминали, кто из них на сколько был подвержен влиянию психоактивного вещества — у кого-то всё просто «поплыло», а кто-то вообще «улетел», притом чем более глубокие изменения происходили в голове человека, тем более «годным» он казался на должность жреца дионисийского культа. А через пару лет все старые жрецы дружно уходили в отставку и им нам смену приходили вчерашние пастухи и охотники. Впрочем, и старые жрецы тоже иногда относились к этой же самой категории. Ведь  в Древней Греции не было постоянной касты жрецов. Их переизбирали довольно регулярно и даже с некоторым демократическим пафосом: типа, незаменимых у нас не бывает! На практике «незаменимые», конечно же, были. Именно поэтому в Древней Греции никогда не угасало протестное движение «низов», во главе которого стояли в том числе и бывшие жрецы экстатических культов — и Диониса в первую очередь! Увы, непросто было бывшим пастухам складывать с себя жреческие полномочия и возвращаться в почти прежнее своё состояние (конечно, если вообще можно вернуться туда хотя бы на секунду!). «Социальное» начало побеждало в них всё «простое» и «человеческое», и бывшие пастухи становились политиками левого толка. Это ещё раз подтверждает утверждение академика Лосева, что каждое религиозное учение со временем отходит от своих реальных первоисточников и начинает меняться — быть может, до неузнаваемости. Но самым лучшим примером подобного глобального перерождения служит всё же не античная Греция с её бородатой философией, а суровый военизированный Древний Рим. Именно там политика и религия почти слились одна с другой, и именно там и зародился современный европейский монотеизм — например, культ сына божьего Исуса Христа. А современные католические, а иногда и православные шествия произошли, как вы уже поняли, от элевсинской мистерии, только в христианстве пастуха успешно заменил рыбак, а вместо бога Диониса верующие несут статую Сына Божьего Исуса. И, конечно же, в христианстве нет места наркотикам. Впрочем, причастие вином и хлебом, вполне обыкновенное для культа Диониса, в христианстве сохранилось и практикуется по сей день. Но откуда всё это взялось?!? Узнаем!


3.

Своих богов у римлян как бы не было. Возможно, именно по этой причине римляне оказались столь успешными колонизаторами: им ничего не стоило добавить чужого идола в свой божественный пантеон, и без того полный идолов. Богов они себе подбирали по необходимости, поэтому солидная часть небожителей древнего Рима не была «вочеловечена» — например, богиня победы Виктория или богиня успеха Фортуна. С другой стороны, римские боги были непостижимы, как сама Вселенная. Их не носили по улицам и не роняли под воздействием грибов в выгребные ямы. Римляне были в этом плане образцовыми стоиками. Изначально они относились к тому же самому эллинистическому миру, но потом в значительной мере изменили своё отношение к греческим святыням. Например, их боги обитали во всевозможных рощах, как боги друидов, - буковых, грабовых и дубовых. Древние италики примерно так молились своим основным богам: «Помогите нам, лары, не допусти, Марс, чтобы болезнь и бедность обрушились на многих. Насыться, неистовый Марс. Прыгай на порог, но стой там. А вы будете призваны вовремя, семоны!» Лары — когда-нибудь слышали слово «ларец»? - это духи-хранители людей, а семоны — это хранители скота и посевов, «скотьи боги». А были ещё маны, духи предков. Вот, они втроём — мыны, лары и семоны — и «заведовали» духовной жизнью граждан древней Италии. Рисовать их и как-то вообще представлять внешность этих существ необходимости не появлялось, поэтому древнеримская мифология мало напоминает олимпийскую «Санта-Барбару» древних греков с обязательными плясками пьяных сатиров и обнажённой Афродиты. Зато боги древних римлян были буквально везде и повсюду. Они как бы цементировали социальное пространство Древнего Рима и являлись при этом существами этического порядка, а не эстетического или экстатического. А к экстатическим культам в Риме так и вовсе относились с подозрением, находя в нихт нкчто «животное» и вообще не достойное человека. Вы можете представить себе римлянина, вихлясто пляшущего в женских одеждах, да, к тому же, до дури обожравшегося наркотическими грибами?!? Это зрелище почти немыслимое. Да, средний римлянин был существом не столь привлекательным, как, например, житель Древней Греции, но он был «правильно» организован, собран и не страдал лишним индивдуализмом. Он был лично силён, тогда как древние греки были сильны только тогда, когда их ставили в строй и заставляли шагать в ногу. Во всякое иное время греки были слабы, глупы и крайне порочны. И чаще всего они никак не отдавали себе в этом отчёта. Римляне же наоборот преотлично знали, что они делают и с какой целью. Поэтому в их пантеоне и существовали такие богини, как Честь, Верность и Согласие.

И богиня по имени Победа — почти такая же, какая стоит в городе Волгограде, только, конечно же, в уменьшенном варианте.

 


                Продолжение следует